Однажды зимой 1977 года один из сержантов нашей сапёрной роты мотострелкового полка достает из своих карманов штанин и показывает мне два капсюль-детонатора КД-8. Спрашиваю его:
- А белую полоску зачем стер?
- Какую полоску, это боевые!
- Очумел, что ли? Не дай Бог споткнешься, упадешь – хрен оторвет.
Он только рукой махнул, ничего мол не будет. Но, как верно замечено: «Если в первом акте спектакля на сцене висит ружьё, то в третьем акте оно обязательно выстрелит» Не важно по чьей прихоти может выстрелить то ружье. Это же самое произошло и с капсюлями-детонаторами.
Была у нас каптёрка для хранения шанцевого инструмента, лодочных моторов и мини электростанции. Электростанция и моторы надо полагать очень секретные, т.к. были невидимыми – в списке имущества роты числились, но никто их не видел. Располагалась эта каптёрка между овощехранилищем и казармой танкового батальона. Так вот пошел мой товарищ, имеющий в штанах пару болтающихся детонаторов, инструмент к учениям готовить (лопаты, пилы, топоры точить). Наточил инструмент, а времени до обеда ещё хоть отбавляй. Достал детонаторы, поставил их на лист железа, поднес к ним спичку и зачем-то зажмурил глаза. Потом рассказывал, что очень хотелось взрыв поглядеть, но испугался вдруг.
Взрыв обжег правую руку. На утро рука опухла от ладони до локтя как полено. Видимо мелкие осколки попали в неё. Посылали мы его в ПМП, а он не пошел. Через несколько дней опухоль прошла, но не прошло желание вновь экспериментировать с взрывчатыми веществами.
Через некоторое время едем по трассе через сосновый лес с Либерозе после учений в кузове ЗИЛ-131, и этот славный парень добывает из противогазной сумки взрыв-пакет. Поджигает его и бросает на дорогу. На дорогу, до того пустынную, вдруг выезжает из-за поворота немецкая ИФА, за несколько метров перед ней взрывается взрыв-пакет. Немец тормозит, выждав несколько времени, начинает двигаться вперед, догоняя нас. Небось, подумал, что это против него диверсия была.
Начинаем догадываться, что если он нас обгонит, то либо дорогу заблокирует и нажалуется командиру взвода сидящему в кабине, либо в полицию настучит. Что ещё хуже. Бросаем на дорогу небольшой шмат сала и луковицу (всё что можно было бросить) Немец по тормозам.
Благодаря этой задержке, оторвались. Сотовых телефонов тогда ведь не было, фиг в полицию из леса пожалуешься на солдат армии Советов. Потом уже смеялись, шутили, мол камрад небось сальце с цибулей навернул и подобрел, догонять не стал…
Ещё один трагический случай. Рассказывают однажды, что при проведении осенней проверки нашего славного 302 МСП, организовали на полигоне стрельбы из автоматов. Прибыли саперы, связисты, химики и прочий часто не стреляющий народ на полигон и стали ждать, когда же подойдет их очередь стрелять по мишеням.
В одном из подразделений, ожидавшим радостного момента стрельнуть раз в полгода девять патронов, командир разрешил перекурить. Ну, а команда «Перекурить» у солдата ассоциируется с желание «отлить». Вот один сержант и вознамерился произвести сие действие. Конечно, не на виду же у всех, но и далёко идти не хотелось. Он пристроился у трансформаторной будки из сборного железобетона. А чтоб следов не было, струю пустил в щель между ж/б плитами. В будке напряжение, ну и струёй создал короткое замыкание. Дым, треск, удар током и убило сержанта. Не суй свой конец, куда собака не совала…
Видел я потом в в/ч п/п 36290 солдаты по тревоге бегущие в парк, за поворотом (там где не видят офицеры) «поливали» излишками скопившейся в организме жидкости трансформаторную будку. Рассказал им этот случай. А в ответ: « Не хрена не будет, всегда так делали". Никого еще не научили чужие ошибки!
Поделился печальным А.Антонов.
Если Вам интересны мои публикации, поставьте палец вверх, подпишитесь на мой канал и поделитесь рассказом с друзьями в соц.сетях — тогда они будут чаще появляться в Вашей ленте новостей. А я буду стараться писать ещё. Спасибо за внимание!