Я никогда не забуду это ощущение себя, стоящей на перроне несуразно помпезного Казанского вокзала. Непривычно от того, что я в Москве, но в моём кармане нет никакого обратного билета, потому что вот она, моя новая реальность, из которой мне теперь не нужно никуда возвращаться. Такие жизненные перемены дают пищу для больших размышлений в духе собственного изобретения велосипеда, когда ты пропускаешь через себя то, что до тебя, по какому-то досадному недоразумению, уже открыла и рассказала большая наука.
Тем больше город предлагает тебе сценариев поведения, тем меньше единства обнаруживается внутри «духа» урбанизма, которым невозможно не проникнуться, переехав в оглушительно большой город. Отсутствие привычных ориентиров постепенно приводит к «инфляции» наших собственных ценностных установок, создавая ощущение выбитой почвы из под ног, такой мягкой и понятной в наших родных городах. Иначе говоря, новоиспеченный житель Москвы оказывается лишен ориентиров не из-за недостатка, а из-за переизбытка жизненных стимулов и перепроизводства мотиваций. Наше "бегство от свободы" всё ещё не потеряло своей актуальности. Проявление этого можно увидеть в пассивном образе жизни, который выбирают многие жители больших городов. Вы сами наверняка нередко обращали на это внимание, слыша или произнося фразу «город выжал из меня все соки». Например, балансируя между работой и семьей, многие горожане знают только в лучшем случае свой район и окрестности места работы. Зачастую пассивность легко обнаруживается на контрасте людей, которые недавно переехали в мегаполис и его коренными жителями. Примечателен в этом один из эпизодов культового советского фильма «Я шагаю по Москве»: герой спрашивает у пассажиров метро, как добраться до места N. Все пассажиры хотят помочь, но все москвичи дают неправильные ответы. В то время как герой, который знал дорогу, был моментально идентифицирован как приезжий. Знакомая ситуация?
Моя казанская идентичность сильно помогла мне найти то самое личное пространство в непривычной Москве, но это произошло далеко не сразу. Сначала хотелось покинуть “зону комфорта”: отвыкнуть от привычной слуху смеси татарского и русского языков в Москве было очень легко. Да и хотелось побыстрее забыть про татарский, чтобы моя речь и интонация не отличались от московской речи и не выдавали во мне “не-москвичку”.
Я тащила в свою речь многочисленные заимствования, говорила быстро и взвинченным тоном, вместо того, чтобы произносить слова спокойно и немного нараспев. Но услышав в международном аэропорту "Казань" татарские информационные сообщения во время первого приезда, я была готова расплакаться от красоты этой связи с родным городом и решила что глупо вот так её терять. Вернувшись, я стала намного больше рассказывать о татарской культуре, казанском “сленге” и регионе.
Как же устроить свою жизнь в Москве так, чтобы снова отыскать эти ориентиры своей идентичности? Мой ответ довольно прост, здесь нет никакого секретного ингредиента: чем идентичность проще, чем легче ею проникнуться. А, значит в таком “облачении” становится легче спастись от вездесущих городских неврозов. Так, например, это очевидно происходит с религией (вспоминаем феномен постсекулярности и современный ренессанс квази-религий) и национальностью. В моём случае, я никогда не подчеркивала свою татарскую национальную принадлежность (и вообще, больше соотносила себя с условно «русским» культурным кодом), однако это было актуально ровно до переезда из Казани в Москву.
Я больше не отрицаю свою этничность и не боюсь быть “девушкой из Татарстана”. Так зачем же я всё это пишу?
На мой взгляд, без ярких региональных идентичностей, общество, где все люди разделяют духоподъемный, но безликий «космополитизм» , перефразируя П.Штомпку, покрывается «саваном скуки», им овладевают "чувство бессмысленности, аномия и отчуждение."
Наша страна и особенно Москва как её столица представляется мне прекрасным калейдоскопом многочисленных образов жизни многих этничностей, складываясь в невероятно многослойный культурный код. В этом наше природное богатство и мне становится страшно, когда взрослые люди поддерживают идеи в духе “России для русских”.