«Ожидаем приезд пяти архиереев»
Раннеосенняя Раифа — это солнце и дождь, который оставляет мгновенно исчезающие следы на озерной глади. Благоухание мокрых цветов и первые, чуть заметные, желтые листья. Два года Раифа живет без наместника — архимандрита Всеволода. Возле места его упокоения, как всегда, охапки цветов, он здесь теперь навсегда, и всегда будет любим и почитаем. Нового наместника синод назначил в мае — это выходец из Оптиной пустыни игумен Гавриил. Молод, то серьезен, то улыбчив, хорошо образован и подпитан духовным опытом Оптиной.
— Ваше высокопреподобие, завтра в Раифском Богородицком мужском монастыре юбилей…
— Завтра мы отмечаем 350 лет со дня принесения в обитель Грузинской чудотворной иконы Богородицы, главной святыни монастыря. В 1668 году митрополит Лаврентий, тогдашний архиерей Казанский, принес список иконы крестным ходом из Казани в Раифу. И с того времени, более трех веков, икона пребывает в Раифском монастыре, за исключением 60 лет советского времени. В этот период чудотворный образ находился в Казани, в храме Всех Ярославских чудотворцев. Завтра у нас планируется в честь памятного события торжественное архиерейское богослужение, которое возглавит митрополит Казанский и Татарстанский высокопреосвященнейший Феофан в сослужении с приглашенными архиереями. Ожидаем приезд пяти архиереев. Торжественное богослужение пройдет в Троицком соборе обители, оно начнется завтра в 8.30.
— Обычно такие службы совершаются в Грузинском соборе.
— Грузинский на этот раз не вместит всех, поэтому решено перенести богослужение в наиболее вместительный Троицкий собор. Сегодня Всенощная будет совершаться в Грузинском соборе, затем завтра утром чудотворный образ переносится в Троицкий собор. После литургии крестный ход, обычно он совершался вокруг монастыря, на этот раз он пройдет на берег Раифского озера, где неподалеку создано мозаичное панно с образом Богоматери. Размер панно три на четыре метра, оно из морской гальки, выполнено по особой технологии. Это панно завтра будет освящено. После этого состоится праздничная трапеза, а затем открытие и осмотр нескольких выставок. Это наш первый выставочный опыт.
После литургии крестный ход, обычно он совершался вокруг монастыря, на этот раз он пройдет на берег Раифского озера, где неподалеку создано мозаичное панно с образом Богоматери. Размер панно три на четыре метра, оно из морской гальки, выполнено по особой технологии
«В архиве много документов, связанных с Раифой»
— Что это за выставки?
— Фарита Губаева, известного фотомастера, он выставит несколько своих работ, которые ранее не выставлялись, плюс работы семидесятых годов прошлого века, на них разрушенная Раифа. Вторая выставка — нашего фотографа Эдуарда Закирова. Еще одна выставка = и это тоже впервые = документы из Национального архива Татарстана. Оказалось, что в архиве огромный объем документов, касающихся Раифы. Около сорока документов, пока это копии, мы выставим на обозрение.
— Какого периода эти документы?
— Это документы с конца XVII века, изюминки этой коллекции. Есть бумаги, датированные XIX веком. Письменные документы, чертежи, планы монастыря, очень интересная епархиальная переписка, много документов, касающихся Грузинской иконы Богородицы. В основном это прошения из разных епархий принести икону в их приделы. Запросы из Чистополя, есть описания крестных ходов с этим образом в Свияжске, Паратах, других местах.
— Как родилась идея связаться с архивом?
— Это идея одного из наших насельников, он оканчивает Казанскую духовную семинарию, пишет диплом и откопал эти документы в архиве. Мы связались с Национальным архивом и нашли у его руководства поддержку. Это наш первый опыт, но, думаю, наши контакты продолжатся. Выставки будут размещены у монастырской колокольни и у входа в обитель с правой стороны. Так что увидеть их смогут все желающие. Вообще, забегая вперед, могу сказать, что мы собираемся открывать свой музей. Готовим помещение — угловая башня с левой стороны. Само здание очень интересное, оно построено в начале XVIII века. Сейчас мы делаем в башне гидроизоляцию, планируем заняться музеем к зиме. У нас скопилось много экспонатов — это и облачения, и церковная утварь, книги.
«Эта галька из многих морей мира»
— Панно из гальки — это достаточно необычно. Как родилась эта идея?
— Родилась спонтанно. Я служил литургию, после нее ко мне неожиданно подошли две девушки и рассказали, что у них есть творческая мастерская, и они хотят сделать в Раифе какую-нибудь мозаику. Сами предложили. Я поначалу отнесся скептически, но девушки рассказали, что у них уже много работ, и им хочется что-то сделать для души, для церкви, и они выбрали Раифу. И тут как будто случайно выяснилось, что у нас в этом году юбилей, я в делах как-то забыл об этом. И мы решили приурочить создание панно к юбилею нашей главной святыни. Начали выбирать место, поскольку панно из природного материала, решили сделать его на берегу Раифского озера, при входе в монастырь, чтобы все приходящие сюда настраивались, чтобы их встречала Богородица. Нашли удачный ракурс — Богородица видна и при входе, и при выходе из колокольни. Запустили кампанию по сбору средств, собрали около 60 тысяч, а нужно было около 400, это при том, что художницы работали благотворительно. Мы немного снизили стоимость проекта — сами сделали бетонную основу, она с двухметровым фундаментом, три на четыре метра, обеспечили частично строительными материалами. На мозаику истрачено около двух тонн камня, вообще же перебрали пять тонн.
Художницы работали благотворительно. Мы немного снизили стоимость проекта — сами сделали бетонную основу, она с двухметровым фундаментом, три на четыре метра, обеспечили частично строительными материалами. На мозаику истрачено около двух тонн камня
— Откуда привезена галька?
— Из разных морей мира. Цвет камней уникален, никаких красителей. Лик Богородицы из бежевого каспийского ракушечника, чуть ниже — камни из Анталии, есть камни из Черного моря. Эти камни художницы заказывали, и их им привозили. Один богоугодный проект объединил многих людей. Девушки, кстати, выполняя работу, держали пост, приходили на службы, исповедались, причащались. Они сейчас живут в монастырской гостинице, мы дали им несколько помощников из трудников. В общей сложности панно создавалось около двух месяцев. Завтра оно будет освящено, перед ним совершится краткий молебен.
«Я стараюсь понять отца Всеволода»
— Замечательно, что это все продолжает те труды, которые совершал в Раифе первый наместник монастыря архимандрит Всеволод.
— Он был очень открытым человеком, и делал открытый монастырь для людей. Я стараюсь понять архимандрита Всеволода, прочитал много его интервью. Мы будем продолжать его линию — открытости, она заложена в основание монастыря. Эта обитель создавалась как миссионерская, для продвижения веры, продвижения в мирном значении слова, монастырь создавался как своего рода форпост. Сам стиль обители такой нарядный, барочный, чтобы красотой внешней привлечь к красоте внутренней.
— Архимандрита Всеволода иногда несправедливо упрекали в том, что он, например, сделал детскую площадку, вроде бы какое она имеет отношение к монастырю? А он говорил: «Ребенок приедет, поиграет, прокатится с горки, ему понравится, и он это место запомнит. А потом приедет сюда уже с большим желанием». И ведь наместник был прав.
— Сейчас такая забота о детях начала входить в жизнь церкви. Я знаю, что сейчас при многих московских храмах стали делать детские комнаты. Потому что маленький ребенок стоять на службе не может. Ему трудно, и если его заставлять, он будет ассоциировать храм с чем-то мучительным. А в детской комнате он поиграет и за десять минут до причастия его приедут в храм, он не устанет и таким образом будет тихонько воцерковляться. Так что у отца Всеволода был абсолютно правильный подход, тем более, что детская площадка находится за территорией обители. Даже если мама придет с ребенком, он покатается с горки, а потом они зайдут в храм и поставят свечку, это уже будет миссионерский ход. В этом смысле я буду продолжателем дела архимандрита Всеволода. Самое главное — понять задачу монастыря. Часто приводят слова отца Всеволода, который говорил, что прежде чем зажечь свечу, ее кто-то должен сделать. И он это делал. Его огромная заслуга, что он поднял монастырь из руин. Молиться, когда нет братских корпусов, нет трапезной, нет храмов, невозможно. И он воссоздал монастырь из руин. Сейчас мы должны продолжить его работу, даже в память о нем, мы должны выйти на второй этап, где наибольшее внимание надо уделять духовному возрождению монастыря. Что такое монастырь? Это прежде всего духовный очаг. Братья, живущие в обители, этот очаг растапливают, раздувают, а люди, пришедшие из холодного мира, отогреваются возле него. Все остальное — это производное от духовной жизни. Мы должны созидать красоту в душе человека, ведь душа — она вечная. О ней должна быть наша главная забота.
Самое главное — понять задачу монастыря. Часто приводят слова отца Всеволода, который говорил, что прежде чем зажечь свечу, ее кто-то должен сделать. И он это делал. Его огромная заслуга, что он поднял монастырь из руин
«Однажды поехал в Оптину пустынь и решил там остаться»
— У вас появился новый памятник — Андрею Рублеву, возле Троицкого собора. Рядом с этим храмом потому что есть рублевская «Троица»?
— Да, Рублев как раз изображен на фоне своей иконы. Троица — квинтэссенция всей православной иконографии. Автор скульптуры — наш раифский трудник.
— Как вы пришли в церковь?
— Я родом из Воронежской области, бабушка у меня была верующая, родители были крещеные, но не воцерковленные. Однажды произошел трагический случай, чуть не погиб отец, чудом выжил. После этого мама начала задумываться о Боге. Мама у меня педагог, преподаватель биологии в школе, когда у нас в селе начали восстанавливать храм, мама начала в воскресной школе еще и Закон Божий вести, пела в церковном хоре, была регентом. И я начал приобщаться. Но всерьез начал задумываться, когда учился в институте, начал читать, прочел про оптинских старцев, про убиенных в Оптиной пустыни в 1993 году на Пасху. Поехал в Оптину, некоторое время там жил и решил остаться. Окончив институт, сразу же уехал в Оптину.
— Что вы окончили?
— Воронежский технический университет по специальности экономист-менеджер. Через год в Оптиной принял постриг, поступил в семинарию, потом в академию. Два года назад два человека из Оптиной пустыни были направлены Святейшим Патриархом в Казанскую епархию, это нынешний наместник Успенского монастыря на Свияжске, отец Симеон и я, мы друзья, учились вместе. Поначалу думали, что будем вместе работать на Свияжске, но через две недели владыка Феофан отправил меня в Раифу. Сначала просто попробовать. Месяца три я был экономом, потом исполняющим обязанности наместника и в мае этого года меня назначили наместником Раифской обители.
— Вы что-то знали о Раифе, когда жили в Оптиной?
— Ничего не знал, но исторических параллелей много. Монастыри похожи внешне: такой же лес, такой же поворот с дороги, башни, стены словно повторяются, здесь слева озеро, а в Оптиной слева река. Митрополит Филарет, который был Казанским архиереем, он много участвовал в жизни Раифского монастыря, по его благословению был построен Грузинский собор, а в Оптиной пустыни он основал скит и пригласил туда двух старцев — Моисея и Антония, это был 1825 год. И за 100 лет в этом скиту прославились 14 святых. В Оптиной пустыни, например, десять лет был старец Гавриил, тот самый, что жил в Седмиозерном монастыре, мы, кстати, планируем написать его икону. Отец Всеволод был пострижен в честь Всеволода Псковского, в церковной службе это имя пишется Всеволод-Гавриил.
Владыка Феофан отправил меня в Раифу. Сначала просто попробовать. Месяца три я был экономом, потом исполняющим обязанности наместника и в мае этого года меня назначили наместником Раифской обители
— Случайностей не бывает.
— Такие параллели меня укрепляют и поддерживают.
…Одна из главных трудностей для нового наместника Раифы сейчас — выдержать сравнение со своим предшественником. Сравнивать с архимандритом Всеволодом его будут, это неизбежно. Но при самом пристальном взгляде все, что сейчас делает игумен Гавриил, не идет в разрез того делания, на котором был сконцентрирован архимандрит Всеволод, настаивающий на том, что «надо быть не исключительным, а нужным».