Около 10 часов вечера 21 января 1924 г. в мастерской С.Д. Меркурова раздался звонок из Московского Совета:
"Скажи, пожалуйста, что нужно, чтобы снять чью-нибудь маску?" - "Четыре кило гипса, немного стеариновой смази, метр суровых ниток и руки хорошего скульптора", - ответил Меркуров.
Еще через несколько часов без каких-либо объяснений его доставили в Горки.
"Открывают двери в большую комнату, - воспоминал Сергей Дмитриевич, - там много света, и к моему ужасу я вижу лежащего на столе Владимира Ильича.... Меня кто-то зовет... Слышу тихий голос Надежды Константиновны: "Да, вы собирайтесь лепить бюст Владимира Ильича, ему все было некогда позировать - и вот теперь - ... маску..."
"В комнате я нахожу все, что мне нужно для снятия маски. Подхожу к Владимиру Ильичу, хочу поправить голову - склонить немного набок. Беру ее осторожно с двух сторон: пальцы просовываю за ушами, к затылку, чтобы удобнее взять за шею. Шея и затылок еще теплые. Ильич лежит на тюфяке и подушке. Но что же это такое!? Пульсируют сонные артерии! Не может быть! Артерии пульсируют! У меня страшное сердцебиение. Отнимаю руки. Прошу увести Надежду Константиновну. Спрашиваю у присутствующего товарища, кто констатировал смерть?"
"Товарищ, у Владимира Ильича пульсирует сонная артерия вот здесь, ниже уха".
Товарищ нащупывает. Потом берет мою руку, откидывает край тюфяка от стола и кладет мои пальцы на холодный стол. Сильно пульсируют мои пальцы."
"Маска - исторический документ чрезвычайной важности. Я должен сохранить и передать векам черты Ильича на смертном одре. Я стараюсь захватить в форму всю голову, что мне почти удается. Остается не заснятым только кусок затылка, прилегающий к подушке. В темных дверях неподвижно стоит Марья Ильинична. За время работы она не вздрогнула. Я чувствую ее застывший взгляд. Наконец, к четырем часам утра работа готова. Меня торопят. Приехали профессора для вскрытия. Последний прощальный взгляд"
Значение посмертной маски В.И. Ленина как исторической реликвии было оценено сразу - и властью, и обществом. В адрес Комиссии ЦИК СССР по организации похорон В.И. Ульянова посыпались просьбы предоставить гипсовую копию маски. Еще до официального разрешения на тиражирование были изготовлено 14 экземпляров слепков маски и рук Владимира Ильича для родных и соратников. Каждый экземпляр этой серии имеет номер авторского отлива. После официального разрешения 4 апреля 1924 г. тиражирование маски было поставлено на поток, что неизбежно привело к утрате документальной достоверности.
В наши дни на мировых аукционах время от времени выставляются тиражированные слепки, которые выдают за аутентичную маску.