Людям старшего поколения до боли близки типовые панельные многоэтажки. В брежневскую эпоху они плодились на улицах советских городов с потрясающей скоростью, полностью стирая разницу между изюминками городского архитектурного облика. Но даже в таких зашоренных условиях, талант советских архитекторов стремился к внедрению чего-то если не уникального, то по крайней мере уж точно запоминающегося. В каких-то случаях им везло, и смелые проекты получали одобрение в высоких кабинетах советской градостроительной промышленности. Так и случилось с проектом по возведению круглых домов на тогдашних окраинах столицы.
За идею отвечали Александр Маркелов и Евгений Стамо.
Они предложили разбавить типовую панельную крупным жилым комплексом в форме правильной окружности. Хотя в качестве конструкторской основы использовались все такие же материалы и панели, но пристыкованные с небольшим (около 6,5 градусов) углом друг к другу. Такая конструкция давала возможность сгладить стыки и тем самым «закруглить» здание.
Головное архитектурное бюро столицы, до этого дававшее отмашки на строительство только типовых проектов, вдруг решило рискнуть и одобрило идею неизвестных на тот момент новаторов на масштабный архитектурный эксперимент.
Так Москва 70-х стала испытательным полигоном для зданий, хотя бы своей формой, выделявшееся из серой массы однородных строений. Такой проект не пропустила своим вниманием народная молва и дом наградили множеством наименований. Его величали и Баранкой, и Римским Колизеем, и Закрытым городом, и даже Фортом. Но прижилось самое обыденное-просто «круглый дом».
Торжественный почин состоялся в семьдесят втором году на улице Нежинской открытием первой девятиэтажной круглой конструкции. Это новость преподносилось не как местное локальное событие, а стало громким информационным поводом и достижением для всей страны.
Комплекс занимает площадь целого квартала со своим закрытым двором диаметром 155 кв. метров.
Попасть на территорию можно с помощью шести арок, двадцати шести подъездов, вмещающих девятьсот тринадцать квартир. Нижние этажи традиционно не жилые, а отданы под социальную инфраструктуру: дом имеет свои парикмахерские, спортивные клубы, магазины, библиотеку, детский садик и пр. необходимые для комфортного проживания объекты.
Просторы внутреннего двора идеально подходят для создания детских площадок, комплексов уличных тренажёров и зелёных расслабляющих зон, создающих неповторимый уют.
Но подобные масштабные проекты не могут нести в себе только положительные моменты: с самых первых дней постройки жители отметили высокий уровень акустики здания и повышенную влажность некоторых квартир.
Стоит отметить, что московские градостроители планировали возведение ещё четырёх подобных строений, приуроченных к открытию Московской Олимпиады, но как часто бывает, не довели начатое дело до конца. В 1979 г. Москва увидела ещё один дом-бублик, уже недалеко от района Мосфильма, где поселились вип персоны советского истеблишмента того времени таких как: Эмиль Лотянуи, Савелий Крамаров, Галина Брежнева и др.
На этом воплощение проекта подошло к концу: сказалась общая дороговизна и нерациональное использование больших столичных площадей. Да и дома-кольца приобретали своё сходство с олимпийскими только с аэрофотосъёмки.