Каменная кошка

Уже третий день она бежала по лесу уходя от погони. Платье изорвалось, кинжалы оттягивали пояс, ноги все были в царапинах и очень замёрзли, всё-таки начало зимы. Но она понимала, что если остановится хотя бы на час — её догонят. Только ночью, на пару часов, перекусив грибами или корешками, она могла забыться тревожным полусном. Последний день она бежала вдоль крутого берега реки и иска­ла спуск. Река была её спасеньем, но берег был каменист и обрывист. Оставалось надеяться на чудо. Родом она была из отдалённой деревни, уже многие десятилетия жившей охо­той, и поставлявшей на рынки лучшие шкуры и меха в империи. Её мать умерла при родах, её отец, лучший охотник деревни, назвал её Гартелия, в честь Гартеры, каменной кошки, опаснейшего и умнейшего хищника предгорий, где стояла деревня, и считавшейся покровительницей всех охотников. В их деревне считали что Гартели­на, женщина с головой Гартеры, оберегает их деревню от несчастий и нападений чужаков. Гартелия с отцом часто ходили в лес и в горы на охоту, где она обучалась всем премудростям и хитростям, изучала зверей, природу. Но года назад, когда почти все охотники деревни были на большом промысле, на деревню напали люди барона Треволта. Они знали когда нападать, если бы охотники были в деревне, людей ба­рона расстреляли бы ещё на подходе. А так — смогли только организовать оборону за частоколом, которой хватило на 2 часа. Ворвавшись в деревню, люди барона согнали всех на площадь. Выдернули из толпы девушек в возрасте от 13 до 18 лет, остальных убили, всех, мужчин, женщин, стариков, детей. Согнав всех девушек в клетки — спокойно поехали обратно. До зам­ка барона было 10 дней пути, но они не опасались погони, охотники должны были вернуться только через две недели. В замке их отвели в подземелье, где рассадили по одиночным камерам. Никто с ними не разговаривал, еду приносили дважды в день. А раз в две недели уводили одну из девушек, обратно они не возвращались. Прошёл год, настал черёд Гартелии. Её привели в кабинет барона и приковали к цепи вмурованной в стену. Треволт при­шёл только через несколько часов. Сел за стол, посмотрел на Гартелию и начал спрашивать. Вопросы он задавал странные, кто такая Гартелина, где она живёт, как её поймать. Гартелия честно рассказала все легенды и сказки, которые слышала в детстве, припомнила все истории, что слышала от стариков. Добавить ей было не­чего. Вторая неделя подходила к концу, барон злился всё больше и больше, Гарте­лия понимала что скоро умрёт. В тот вечер барон засиделся в кабинете до поздней ночи, читая какие-то бумаги. Неожиданно в окно находящееся позади Треволта, впрыгнул мужчина. Он был одет во всё чёрное, а лицо у него было скрыто платком. Мужчина метнулся к барону и нанёс удар кинжалом в горло. Всё произошло на столько быстро, что Гартелия даже не успела вскрикнуть, а барон, даже не успел ни­чего понять. Убийца барона перевёл взгляд на Гартелию, прикованную у стены, у неё всё внутри сжалось от страха, но потом она подумала, какая разница как умирать? От рук барона, за то что не дала нужной информации, от рук слуг барона, за его убийство, ведь обвинят непременно её, или от рук этого человека. Хотя, от его рук было бы предпочтительней, он делает это быстро и безболезненно. Но он, по­копавшись в карманах барона, бросил Гартелии ключ от её оков, и выпрыгнул в окно. От такого подарка грех отказываться, подумалось Гартелии. Она быстро скину­ла с себя цепи, подскочила к противоположной стене, увешанной оружием, схватила два охотничьих ножа и пояс и подбежала к окну. До крыши оружейной, которая на­ходилась прямо под окном, было метров семь, но стены были сложены из грубо об­работанных камней, не очень плотно подогнанных друг к другу, лучше может быть только лестница. Быстро спустившись по стене на крышу, перепрыгнув оттуда на ко­нюшню, Гартелия замерла у наружной стены. В тишине перекрикивались стражники на башнях, изредка обходя дозором стены. Гартелия подождала пока пройдёт оче­редной обход, выбрала самый тёмный участок стены и вскарабкалась вверх, наде­ясь что снаружи ей так же удастся спуститься на землю. Выглянув наружу она чуть не завыла от разочарования, стена была обработана на совесть, и спуститься по ней не представлялось возможным. Всё-таки барон разбирался в обороне. Гланув по сто­ронам, всё ещё надеясь на чудо, Гартелия увидела верёвку, привязанную к одно­му из зубцов, видимо её оставил тот человек, который убил барона. Не теряя ни се­кунды, она бросилась к верёвке, скользнула по ней на землю и побежала. Уже утром она услышала в отдалении лай собак. Это была погоня, чего и сле­довало ожидать. И теперь она бежала вдоль реки моля Гартелину дать ей шанс. Он не заставил себя ждать. Пробежав ещё километр, она увидела поваленное дерево, корни которого цеплялись за склон, а вершина не доставала до реки каких-то полто­ра метра. Быстро пробравшись по стволу между ветвей, Гартелина спрыгнула в воду и пошла по течению. Не прошла она и пяти метров, как дерево позади неё рухнуло, полностью отрезав преследователям путь вниз. Облегчённо вздохнуо, девушка нача­ла выбираться на противоположный берег. Тот был более пологим и особых неприят­ностей не доставил. Зайдя в лес поглубже Гартелина облегчённо привалилась к де­реву и задумалась. Что же делать дальше. Оставаться здесь — бессмысленно, рано или поздно её найдут, выходить на тракт — опасно, там её схватят немедленно, и казнят как убийцу барона. Оставалось только пробираться в родную деревню. Но она находилась по другую сторону горного хребта, а перевалы скоро должно было завалить снегом. Времени оставалось мало, надо было спешить. Гартелина упрямо встала, не смотря на усталость, которая за эти дни прочно поселилась в её костях, и побежала в сторону гор. В один из вечеров, когда сумерки уже сгущались у корней деревьев, но небо было ещё светлым, Гартелия услышала угрожающий рык. Это был её голос, ночного кошмара, как её называли во всей империи, великой охотницы и доблестной защит­ницы, как её называли у них в деревне. Это была Гартера. Оглянувшись по сто­ронам, девушка ничего не увидела, и тут, в корнях большого дерева, блеснули глаза. Гартелия испуганно замерла. Как говорил её отец: блеск глаз Гартеры — это по­следнее что видет жертва перед смертельным прыжком. Но кошка не прыгала, а лишь рычала, да постукивала хвостом об землю. Подойдя ближе девушка заметила, что левая задняя лапа кошки зажата в очень хитром капкане, рассчитанном именно на этого хищника. Отец показывал как такие устроены, когда они ходили по лесу, разыскивая и ломая их, поэтому Гартелия понимала, что Зверю самостоятельно не выбраться. Она подошла ближе и заговорила с кошкой как учил её отец: - Умелая охотница, храбрая воительница, доблестная защитница, я не желаю тебе вреда, лишь помощь оказать хочу, дозволь мне подойти ближе. Гартера перестала рычать и молотить хвостом, улеглась мордой на лапы и пристально посмотрела на девушку. А Гартелия, внутренне сжимаясь от страха, подошла к ней вплотную, присела над капканом и начала его разглядывать, вспоми­ная всё, что отец о них рассказывал и показывал. Наконец, найдя нужные узлы, де­вушка аккуратно, чтобы не навредить кошек, перерезала их кинжалом. Аккуратно взяла в руки повреждённую лапу и осмотрела. Та была сломана. Отрезав от изо­рванного платья часть подола Гартелия туго перемотала лапу, отпустила её и сказа­ла, обратившись к кошке: - Прости, большего я сделать не в силах, дальше всё зави­сит только от тебя. Гартера, коротко мурлыкнув, тяжело поднялась на трёх лапах и побрела в темноту. А девушка без сил от пережитого страха и облегчения привали­лась спиной к дереву и уснула. Уже через два дня Гартелия вышла в предгорья. Предстояла самая сложная задача — добраться до перевала. Но она тешила себя надеждой, что он ещё не до конца занесён снегом, и она сумеет пройти. Подойдя к горам, она начала восхожде­ние. Босиком и без снаряжения — это была не самая лёгкая задача. Спасали только пещеры с тёплыми источниками, в обилии имевшиеся в этих горах, иначе бы она давно замёрзла. Девушке предстоял сложный подъём по почти отвесной стене на 5 метров вверх, но обойти этот участок не представлялось возможным. Оглянувшись на окружающие её горы, Гартелия начала свой путь вверх. Она почти добралась, осталось лишь протянуть руку, чтобы схватиться за верхний край уступа, но камень под ногой предательски соскользнул и она сорвалась. Очнувшись, девушка увидела, что на горы уже спускаются сумерки. По­пытавшись встать, она тут же рухнула обратно от пронзившей её боли. Осмотрев свою ногу Гартелия поняла, что та сломана. Поискав вокруг, нашла пару деревяшек, снова обкромсала своё многострадальное платье, с трудом наложила шину, села и расплакалась. С такой ногой преодолеть перевал было невозможно, спуститься вниз — тоже задача не из простых. В горах, сидя на одном месте пропитания не добу­дешь. Так что? Всё это было зря? Она сидела и плакала от боли и безысходности, и не заметила как провалилась в спасительный обморок. Сквозь мороки забытья она чувствовала, что её куда-то тащат, толкают, переворачивают. Но у неё уже не было сил на что-то реагировать. Очнувшись, Гартелия не поняла где находится. Однозначно ясно было одно, это была пещера, и здесь было тепло. Глянув в сторону, она увидела в двух шагах от себя тёплый источник, который и согревал пещеру. С трудом повернув голову в другую сторону, девушка поражённо замерла. Вплотную к ней, согревая её с другой стороны, лежала Гартера, и смотрела прямо ей в глаза. Если бы у Гартелии были си­лы, она бы немедленно вскочила, а так, только промычала что-то невразумительное, и вновь провалилась в обморок. Очнувшись в следующий раз, девушка не обнаружила рядом с собой кошку, и списала это видение на бредни обморочного состояния. Жутко хотелось пить. Гарте­лия потянулась к источнику, и уже почти донесла до него руку, когда услышала предостерегающий рык. Обернувшись, она замерла. Это было не видение. Живая, грациозная и очень опасная кошка лежала в трёх шагах от неё, и не отрывала свой взгляд от лица девушки. - Но я очень хочу пить, - жалобно произнесла девушка. Гар­тера будто бы прислушалась к чему-то, поднялась на трёх лапах, и, поджимая левую заднюю, побрела куда-то вглубь пещеры, постоянно оглядываясь на Гартелию. По­няв что от неё хотят, девушка, собрав остатки сил, поползла следом, волоча сломан­ную левую ногу. Расстояние было не велико, каких-то десять шагов, но они показались осла­бевшей девушке вечностью. Добравшись до противоположной стены, где уже лежа­ла кошка, она увидела родничок, бивший из расщелины, вода из которого стекала в небольшое углубление в полу. Гартелия тут же приникла к нему губами. Вода была чистая, прохладная и очень вкусная. Напившись, она решила остаться здесь же, что­бы каждый раз не ползти на такое расстояние, и привалилась спиной к стене. Но тут же начала замерзать, от камня тянуло зимним холодом. Пришлось собраться и полз­ти обратно. Гартера прошла за ней и улеглась рядом, согревая её своим теплом. Так девушка и уснула. Проснувшись в следующий раз, Гартелия некоторое время лежала, пытаясь понять, что же с ней произошло, после того как она упала в обморок. Очевидно, что её кто-то сюда притащил, но кто? Гартера? Но она сама хромала, и девушка подо­зревала, что это та самая кошка, которую она освободила в лесу. А если не она, то кто? В очередной раз совершив героическое путешествие до родника и обратно, Гар­телия решила отложить эти мысли и посмотреть что будет дальше. Для начала она внимательно, на сколько могла, изучила пещеру. Вход располагался справа, в двадцати шагах от неё, сквозь него было видно только небо, и совершенно не возможно было понять на какой высоте они находятся, слева был тёплый источник, от которого, теперь она явственно чувствовала, пахло затхлостью. Прямо перед ней была стена, из которой бил родник, а позади темнел провал. Оттуда не доносилось ни звука, не было ни малейшего ветерка, так что понять что там было нереально. Неожиданно вход в пещеру перекрыла большая тень. Гартера испуганно вздрогнула. Это был каменный кот. Был он чуть ли не в два раза крупнее самки, такого же окра­са, цвета чёрного гранита, добываемого в этих горах, слегка присыпанного серой до­рожной пылью, что служил им отличной маскировкой в тёмные ночи, в зубах он держал тушу горного козла. Самцов горных кошек мало кто видел, они, в отличии от самок, редко спускались в предгорья, предпочитая охотиться высоко в горах. Войдя в пещеру, кот положил тушу перед самкой, развернулся и ушёл. Кошка, разодрав до­бычу когтями, принялась жадно есть. Наевшись, подтолкнула тушу в сторону девуш­ки, взглянула на неё и отошла в сторону. Гартелия поняла, что её приглашают к трапезе. Подползла, отрезала чудом сохранившимся кинжалом большой кусок мяса и огляделась по сторонам. Огонь развести было не чем, дров не было. Ну чтож, есть сырое мясо в дальних походах с отцом ей уже доводилось. К тому же желудок уже сводило от голода. Аккуратно откусив кусок, девушка начала его тщательно пережё­вывать, потом второй, третий. Она и не заметила как съела всё мясо. Насытившись, поползла к роднику напиться, а вернувшись, тут же уснула, спокойным и сытым сном. Так продолжалось изо дня в день. Коты приносили туша, девушка и кошка ели, а когда наедались, Гартера подходила к выходу и громко мяукала. Через пару минут появлялись молодые коты и утаскивали оставшееся мясо. Постепенно нога у девуш­ки заживала. Она уже спокойно добиралась до родника, даже к выходу несколько раз ходила, дальше её не пускала кошка. Оказалось что они почти на середине склона, выше того места, где девушка сорвалась на подъёме. Значит был другой путь, зна­чит кто-то её сюда притащил, но кто? Гартелина предполагала что это сделали коты, но зачем, почему? Примерно через две недели, когда девушка уже могла ходить не сильно хро­мая, а ранение кошки не было заметно совсем, Гартера потянула её в чёрный про­вал, в дальнем конце пещеры. Кошка шла впереди уверенно сворачивая на развил­ках, поминутно оглядываясь на девушку, словно проверяя, не потерялась ли она. Шли они, как показалось Гартелии, так около часа, когда впереди забрезжил свет. Пройдя ещё немного они вошли в пещеру, освещённую мягким светом, лившимся, казалось, прямо из стен. По обе стороны стояли статуи, слева каменных кошек, вы­сеченных из чёрного гранита, а слева — женщин, вырезанных из белого известняка. Посередине пещеры стояла ещё одна статуя женщины и кошки. Они смотрели друг на друга. Женщина протягивала кошке руку, а та вложила в неё свою лапу. Перед этой статуей, на полу пещеры, был выложен мозаичный круг, изображавший какой-то странный, спиральный узор. Гартера, оглянувшись на девушку, прошла к кругу и уселась точно так же, как изображала статуя. Гартелия со страхом подошла к кругу и взглянула на кошку, та лишь нетерпеливо мотнула головой, словно отгоняя насекомое. Тогда Гартелия, решившись, вошла в круг и посмотрела кошке в глаза. Они были тёплого, янтарного цвета, зрачёк, ночной темнотой рассекал их надвое, и незаметно затягивал в себя девушку. Рука сама протянулась вперёд, лишь ощутив в своей ладони тяжесть коша­чьей лапы, девушка вяло подумала, что сейчас должно что-то произойти. Медленно, не торопясь их обеих окутывало золотистое сияние. Контуры девушки и кошки нача­ли расплываться, сливаясь в одно. Через некоторое время сияние рассеялось, в кругу лежала девушка, кошки нигде не было. Очнувшись, девушка удивилась отсутствию кошки, но решила, что та уже ушла обратно, и тоже пошла в пещеру у выходи. Но и там она не обнаружила искомое. Прождав весь день, Гартелия решила что Гартера пошла поохотиться и к утра вер­нётся. Уютно свернувшись клубком, уткнувшись носом себе в живот и прикрывшись хвостом девушка собралась спать, но, осознав что произошло вскочила, на все четы­ре лапы. Осмотрев себя, на сколько это было возможно, она убедилась, что стала кошкой. Но как? - вопил её разум, - оборотней же не бывает! Тем не менее её хвост нервно бил по земле, а из горла раздавался угрожающий рык. Самец, принёсший очередную тушу, настороженно замер на входе, напряжённо оглядывая пещеру в поисках нападавшего. Не найдя такового просто положил мясо, развернулся и вышел. А девушка носилась по пещере кругами, не понимая что происходит, и что теперь с этим делать. Устав от бессмысленной беготни, она наконец-то учуяла запах свежего мяса, на что желудок бурно прореагировал предвкушающим урчанием. Подойдя к туше, де­вушка начала рассматривать свою лапу, не совсем понимая что делать дальше, по­пыталась по привычке сжать кулак, из лапы показались когти, которыми, как оказалось, разделывать мясо гораздо удобнее чем кинжалом. Да и на вкус оно стало, как будто, лучше, и мягче. Наевшись, девушка дошла до родника, напилась, и начала себя рассматривать в отражении. Без сомнения, это была кошачья морда. И на этой морде блестели её, ярко-зелёные, мамины, глаза, с обычным, человеческим зрачком. Рассмотрев свою морду, и не придя ни к каким выводам, девушка ушла к источнику, свернулась клюбком и уснула. Проснувшись, она почувствовала необычайную лёгкость во всём теле, вско­чила на ноги, потянулась и замерла. На ноги? Потянулась? Осмотрев себя убеди­лась, да, она снова человек. В воде родника отражалось её привычное лицо, но глаза были янтарные, кошачьи. Подумав немного, девушка пришла к выводу, раз превращение произошло в пещере со статуями, то и ответы искать надо там же. Подойдя к провалу, замерла на­стороженно на входе, не уверенная, что правильно вспомнит дорогу. Но вдруг на неё накатила волна запахов и образов, которые указывали правильный путь, и Гартелия смеясь побежала по проходу. В пещере ничего не изменилось, тот же свет, те же ста­туи. Подойдя к центральной, девушка принялась её внимательно разглядывать. Кошка была, как и полагается кошке, даже выполненной в камне, грациозной, красивой и опасной даже в своей неподвижности. Женщина была одета в традицион­ные одежды охотников её деревни, как впрочем и все остальные статую женщин в этой пещере. Побродив пару часов, и ничего не обнаружив, девушка решила воз­вращаться. - А ведь на четырёх лапах я добегу быстрее, - подумалось ей. И не успе­ла мысль отзвучать в её голове, она уже была кошкой, добежав до пещеры, девушка встала на задние лапы и вытянулась вверх, тут же став человеком. Рассмеявшись от восторга, Гартелия, теперь уже Гартелина, пошла умываться. Она решила дождаться кота с припасом, чтобы подкрепиться перед дорогой в родную деревню. Теперь дорога была для неё безопасна.