Как живет Российская деревня, в целом я не могу судить. Хотя я жил в деревне и прописка у меня не просто деревенская, еще и в Карельском хуторе в три дома. Поэтому я могу лишь судить о Карельских деревнях.
Быт в деревне не прихотлив и тяжёл, это не только связанно с образом жизни, где нужно много работать. Но и отсутствием внимание к обустройству культуры и быта селян. В своем рассказе я буду говорить только о южной Карелии, а точнее это Лахденпохский район, и как мне кажется данные проблемы вообще присуще селу в России.
Главной проблемой села является отток населения в города, а с новой пенсионной реформой эти процессы ускорятся. Почему?
Первое это образ жизни человека, например, в зимний период его дом не отапливается центральным отоплением, и, приходя домой по факту, он приходит на вторую работу, дров принеси, печь затопи, воды натаскай, потом нагрей, многие держат скотину, а значит скотину управь. Далее всё понятно, что человек «без задних ног», и так из года в год.
Второе медицина у нас оптимизирована, случись, что с тобой даже нормальной аптеки нет (в этом случае говорю о Куркиёках), вызывая скорую помощь, она либо едет, если свободна, с Лахденпохьи 36 км, либо с Приозерска это 45 км. Если Экипажи заняты, то в сложных случаях увозят только трупы. Если человек попадает в больницу, то это в лучшем случае Сортавала расстояние 72 км, инфекционные зачастую направляются в Питкяранту, а это уже 150 км, с инфекционными особенно расстройствами желудка - это очень весёлая поездка.
По этому же принципу оптимизирована и власть. Сельсоветы только землями торговать, если нужно, что-то решить по жилфонду, то едь в район. И если не в приёмный день приехал - то прощай, даже говорить с тобой не будут, у них кофе с плюшками стынет. Это на моём личном опыте.
Коротко, вернулся в родные Куркиёки: как раз строили новую дорогу, проводили взрывные работы, в доме упали полы прямо под нами к центру дома. При этом несколько лет назад работники перекрывали крышу, перерубили кабель, и на крючки проводов соединили, дом чуть не загорелся. Вот с этой бедой пришёл в сельсовет, глава стоит, смотрит в окно и пьёт кофе, я рассказываю о своей беде, а он говорит: «…вот – это погода испортилась». Он даже не обернулся, не посмотрел на обугленный провод. Послал меня в ЖКХ, которое уже не работало, и в район, там все документы, мы ни за что не отвечаем. Точно такая же ситуация в Лахденпохья. Бесполезно куда-то жаловаться, только два письма написано в администрацию президента, на местах администрация отвечает: куда хотите, туда и пишите, МЫ ЗДЕСЬ ПУТИНЫ.
Образование тоже находится не в лучшем состоянии, советские педагоги, старой закалки, уже не работают, а новых нет. В школах не комплект предметников. Преподают люди с совхоза, я на полном серьезе говорю МХК, Историю, Химию преподают люди, не имеющие пед образования. Последствие дети с нервными, и психическими травмами, ненавидящие школу. Распространена травля детей в школах, нет, не сверстниками, а учителями. Если школе нужны показатели по ЕГЭ, то слабые звенья удаляются из школы прямо перед экзаменами, нет, не раньше, ведь платят то по душно, а показатели нужны, чтоб ни чего не терять исключают прямо перед экзаменами.
Еще одна беда это пассажирское сообщение. Могу судить только по окрестным деревням, в 90 и 2000 годах работало сообщение с районным городом Лахденпохья, были охвачены полностью все поселки, хутора. В отдалённые от центральной дороги жилые посёлки заезжал автобус, и у людей была возможность добраться до судов, МВД, прокуратуры, больницу. Данный рейс давал возможность по времени, а это 5 часов, сделать все свои дела в городе. Сейчас это сделать очень сложно, приходится либо нанимать машину, либо ехать на автобусе Санкт-Петербург – Петрозаводск №807, и успеть вернуться на встречном рейсе: у тебя в распоряжении 1 час и то это время занимает обед у администрации.
Самое главное у местных жителей просто нет работы еще те, кто работает в школах и детских садах, имеют работу, а остальным приходится работать вахтой, или халтурить на стройках дач питерцев. Чёткой программы развития села нет. Люди там лишние!