5 января 1944 года... Небольшая компания в Доме офицера. Кто-то спросил:
Как встречали Новый год? Оказалось, что все мы встречали новый год по разному — кто в поезде вагона, кто в блиндаже, а военный врач, ездивший в отпуск домой, сообщил: «почти в довоенной обстановке».
Ну, а вы?
— обратились мы к летчику, широкоплечему крепышу с темно-бронзовым лицом.
Летчик немного помялся, а затем сказал:
Представьте, в воздухе... Да, и первый раз в жизни! Как вы уже сами догадались, я в черноморский авиации. Несмотря на свою любовь к летной профессии, к воздуху, новый год я, откровенно говоря, все же собирался встречать на нашей родной земле, тем более, что штурман Александр Гоцеридзе, приехавший из отпуска, привез с собой щедрые дары своей благодатной Грузии — несколько бутылок прекрасного кахетинского и большой ящик мандарин.
Получив приглашение на этот новогодний пир, я конечно побрился, облачился в новый китель и уже собирался идти.
Вдруг раздался телефонный звонок: меня вызывали майору Караеву. Приказ есть приказ. Я пошел. Являюсь к майору Караеву. Отойдя от карты, он сказал:
Вот что, товарищ старший лейтенант, придется вам отложить свой новогодний ужин. Срочное задание командования — вылететь в этот район, — он показал его на карте, — и угостить фрицев хорошим новогодним ужином, но так, посытнее...
Есть, товарищ майор,
— ответил я.
Мы оба рассмеялись. Затем я получил подробное указание и ушел к самолету. Летали мы в ту пору на «эмбээрах» и большей частью ночью. С легкой руки моего стрелка-радиста Васи Капуренко, балагура и доморощенного поэта, нас так и прозвали «ночные птицы».
Когда я подходил к самолету, Вася уже возился у машины и по обыкновению острил.
На новогодний бал, товарищ старший лейтенант, не забудьте захватить крахмальную манишку.
Погода была хорошая. Море тихое, без наката. Тысячи звезд сияли в небе. Вскоре мы вылетели. Полет удался на славу. Видно фрицы не ожидали нас и наверно пьянствовали во-всю. Вышли мы точно на цель и сбросили увесистые бомбочки.
Интересно, что посылая свой новогодний «подарок», мы не подозревали, какой эффект это произведет. Только вчера стали известны некоторые подробности нашего новогоднего визита.
Оказывается, бомба угодила в немецкую штаб-квартиру, где фрицы весело встречали новый год.
Среди прочих офицеров находился и какой-то важный генерал Фон-Кранценбах, прямой потомок тевтонских рыцарей. Вместе со всей компанией потомок, как говорится, «дал дуба».
Теперь, значит, этот генерал числится на боевом счету нашей части среди разбитых танков, потопленных судов, разбитых повозок и прочей немецкой рухляди.