В тот день Дэн не позвонил и не прислал сообщения. Такое было пару раз, когда он опаздывал на работу и просто не успевал. Однако, позже он всегда объявлялся в этот же день, рассказывал, что произошло и почему не смог связаться со мной раньше. А тут - тишина. Я никогда не верила в предчувствия, пыталась уговорить себя, что прошло мало времени, что еще позвонит и напишет. И не могла.
ФИНАЛ
Я написала его сестре, но она была где-то загородом. Написала его матери, но та ответила, что сейчас не может поехать к нему и проверить, все ли хорошо, а съездит завтра. Они были не особенно рады нашему браку и, видимо, воспринимали меня как "эту сумасшедшую русскую". Обе ответили, что все хорошо, не нужно волноваться. А я не могла остановиться, меня просто трясло целые сутки.
Как-то Дэн рассказывал, что у него в семье многие не доживают до 45 лет. Его старший брат очень боялся этой даты, но спокойно пережил ее. Сам Дэн с юмором относился к таким страхам. Он считал, что из-за своей беспокойной и активной натуры вряд ли умрет своей смертью. Ведь он же не побоялся в одиночку приехать в "империю зла"! До 45-летия ему оставалась всего пара месяцев.
На следующий день позвонила его мать. Она вошла в дом, там никого не было. Дэн сидел в саду с айпэдом на коленях, где было недописанное мне письмо. Возле него стояла чашка вчерашнего кофе и скулила Коко (его чихуа). Он был мертв уже около суток, и во флоридской жаре тело подверглось довольно сильным изменениям. Приехала полиция, судя по шуму в трубке, вокруг была куча народа, его мать плакала, я стояла, прижимая телефон к уху, меня разрывало изнутри, и в то же время я не могла выдавить ни слезинки.
Его долго не хоронили, т.к. это была смерть при невыясненных обстоятельствах. Несколько месяцев я ожидала, пока была установлена причина смерти. Смерть была признана естесственной, какие-то проблемы с сердцем - это все, что я знала. Сестра Дэна прислала несколько фото с похорон. Мы сколько-то переписывались с его матерью, пытаясь утешить друг друга. Моя жизнь была во второй раз разбита вдребезги и я больше двух лет жила как во сне, ничего не желая. Мои родители и ребенок - это все, что у меня осталось. Дочка очень хотела и уговорила меня завести собачку. Чихуахуа как у Дэна. Его зовут Филимон, и мы его очень любим.
Но ведь это не конец истории. Мне пришлось пройти через систему американского правосудия, чтобы доказать, что я была.
Продолжение следует...