В период между 1164 и 1174 годами в Верхней Месопотамии продолжалась война между эмиром Фахр ад-Дином и одним из его родственником по другой линии рода Ортукидов. В этом противостоянии одним из наиболее ценных на карте был город Амид.
Взять его Фахр ад-Дину долгое время не удавалось, а потому с особым вниманием он выслушал гонца, посланного из Амида местным предателем. Он предлагал открыть врата города и сдать крепость в обмен на жизнь и богатства. Упустить такую возможность Фахр ад-Дин не мог.
Руководить операцией был назначен молодой военачальник Ярук, который в армии, стоит отметить, славой не пользовался. Во-первых, он был слишком самоуверенным, что не нравилось солдатам, а во-вторых, реальных заслуг не имел. Тем не менее, Фахр ад-Дин настоял на своём решение, а остальным командирам приказал во всём подчиняться Яруку и не сметь действовать без его распоряжений.
Согласно разработанному плану, первыми к городу должны были подойти именно отряды Ярука. Дозорам предателей предписывалось спустить с городской стены верёвки, по которым Ярук и его войско поднялись бы наверх и, перебив стражу, открыли город.
Всё было выполнено в полном соответствии с планом, но ровно до подхода войск Фахр ад-Дина к городу. Вторая часть армии, которая должна была идти следом, расположилась в установленном месте, однако Ярука под стенами города не было (впоследствии выяснилось, что он сбился с дороги и заблудился). Предатели же, увидев подошедших, начали сбрасывать верёвки, однако никто не спешил по ним подниматься.
Время поджимало, и тогда предатели решили сами расправиться со стражей и открыть врата города. И, тем не менее, никто снова не спешил вступать: военачальники следовали приказу Фахр ад-Дина о том, что без команд Ярука они не имеют права предпринимать никаких действий.
В то же время, покуда армия мешкала, ответственный за оборону города Камаль ад-Дина Али ибн Нисана узнал о происходящем и в кратчайшие сроки организовал войско для контрудара. Силами солдат и добровольцев из числа местных жителей армия Фахр ад-Дина сначала была отбита от стен города, а затем и вовсе разгромлена. Назад, как гласит летопись, вернулся только один человек.