Офис издательства находился в старом здании, построенном еще в позапрошлом веке. Ходили слухи, что здесь в XIX столетии располагался дом терпимости, куда захаживали аристократы, представители знатных семейств. А еще говорили, что привидение одной из девушек по ночам бродит по узкому коридору и ведёт себя, мягко говоря, неприлично. Никто призрака этого не видел. Но все боялись.
Страшные истории, передаваемые из уст в уста, лишили спокойствия сотрудниц издательства. В офисе работали преимущественно женщины. Представительниц слабого пола, как известно, влечет все мистическое.
Петр, молодой специалист, не так давно получивший повышение, возглавлял маркетинговый отдел. В страшилки о ночной бабочке из XIX века он не верил. Стремясь угодить начальству, Петр нередко задерживался в своем маленьком уютном кабинете по вечерам. Призраков не встречал. Странных голосов не слышал. Но это не мешало ему сочинять немыслимые байки.
— Вчера торчал на работе до восьми. Все разошлись... Тихо... Вдруг громкий стук в стену — рассказывал Петр девушкам в курилке— Я дверь запер на ключ. Мало ли... Вдруг скрипка заиграет! Откуда музыка? Смех женский, а потом вздохи, стоны... — для правдоподобности начальник маркетингового отдела делал паузу, нервно затягивался сигаретой и даже изображал дрожь в руках.
— И что дальше? — волновалась Леночка, секретарь главного редактора.
— Ну что? — печально вздыхал Петр — пришлось ждать, сидеть у себя, пока эта свистопляска закончится. Потом только вышел.
Так Петр "развлекал" девиц во время рабочего перерыва. Но как-то произошел случай, который лишил его чувства юмора. Во всяком случае, о призраках он больше не говорил, а если слышал мистические истории, мгновенно мрачнел и уходил в свой кабинет.
К концу года у Петра накопилось немало дел. Он все чаще оставался после работы. За несколько дней до рождественских праздников и произошла та страшная история.
В здании оставалось, помимо начальника маркетингового отдела, два охранника. Но они сидели на проходной. Офис издательства располагался на пятом этаже. В это время, а шел уже девятый час, стояла мертвая тишина.
Петр сидел в своем кабинете, погруженный в маркетинговые премудрости. И вдруг за стеной раздался пронзительный, распущенный, вульгарный женский хохот. Петр похолодел. Руки задрожали.
Все же он нашел в себе силы встать, подойти к двери. Прислушался.
— Лафита купишь, господин хороший?
— Ах мамзелька! Шампанского!
Петр с ужасом отпрянул от стены. Лафит? Шампанское? Что за чертовщина! И тут заиграла скрипка, послышался топот ног. Петр вдруг вспомнил о мистических росказнях, которыми пугал сотрудниц в курилке. Он запер дверь, придвинул к ней стол, на стол зачем-то взгромоздил стул и маленькую столешницу. Сам же спрятался за массивным деревянным шкафом.
Сколько он так просидел в своем кабинете, слушая польку в исполнении невидимого музыканта, неизвестно. Вспоминая позже тот вечер, Пётр полагал, что продолжалась эта дьявольская музыка чудовищно долго. Но самое ужасное было впереди.
В Петину дверь постучали. И женский развязный голос прокричал: "Шутить изволите, господин? Девушек приличных пугать? А такой с виду достойный молодой человек! Фии!".
На этой странной фразе чертовщина в офисе прекратилась. Петр услышал цоканье каблучков... И тишина.
Домой он в тот день так и не поехал. Просидел в своем кабинете до утра, а в девять часов отпросился домой, сославшись на недомогание. В курилке он с тех пор всяческих разговоров о чертовщине избегал. Издательство в конце рабочего дня покидал первым. А через полгода и вовсе уволился