А чего тут вспоминать? Такое не забывается.Не знаю, можете ли вы представить себе серый город, заваленный грязным снегом, – ни ярких вывесок магазинов, ни рекламных щитов, даже лампочки в уличных фонарях в ту пору светили не желтым, а синим, отчего люди, которые толпами возвращаются с работы, кажутся ожившими мертвецами в тяжелых черных и синих пальто. И вы тоже выходите из метро, пытаетесь сесть в автобус – но у вас ничего не получается, потому что все пытаются уехать на автобусах.Маршруток почти нет, такси невероятно дороги, а леваков милиция ловит и карает за частнопредпринимательскую активность, приходится идти пешком.
Надо купить чего-нибудь на ужин, но в магазинах около метро черным-черно от народа, это видно даже с улицы, и вы решаете, что авось что-нибудь найдется в магазине «Продукты», который находится в вашем же доме и слывет неплохим. Но когда уже в начале восьмого вечера, промочив ноги и проклиная все на свете, вы до него добираетесь, то видите, что около магазина стоят и греют моторы два автобуса с ярославскими номерами, и три – с горьковскими, а в них люди, сняв пальто, уже закусывают добытым, готовясь к неблизкому пути.
Душа холодеет от страшного предчувствия, и оно полностью оправдывается. В магазине вас встречают пустые прилавки. Пустые в буквальном смысле слова – такими пустыми они никогда не бывают в наши дни. Продавщицы скучают в подсобке и выходить не желают. И они правы.Из съестного есть только черничный кисель в брикетах, березовый сок в трехлитровых банках и страшного вида консервы «Мелкий частик в томате», выложенные ради экономии места высокой пирамидкой. Гости столицы смели все - обычно они занимают очереди с раннего утра и снуют от кассы к отделу по несколько раз, чтобы обойти грозную норму отпуска колбасных изделий в один руки, которая не должна превышать 500 граммов.
И вдруг – о чудо! – вы видите разорвавшуюся красно-белую пачку останкинских пельменей, которую «приезжие», как их в ту пору называли, не захватили, потому что побоялись не довезти.Ура! Проблема ужина решена.Через полчаса вы сидите на кухне и ужинаете. Половина пельменей в процессе варки развалилась, но остальные вполне съедобны, особенно если употреблять их со старой горчицей, которая хороша тем, что может стоять в холодильнике месяцами.Пива бы сейчас – думаете вы. Полцарства за бутылку пива. Но это вам не при нынешнем буржуазном режиме, когда в каждом киоске по 50 сортов пива. В ту глухую пору найти пиво, да еще вечером, было совершенно нереально, разве что случайно в каком-нибудь буфете.
По одной программе телевизора показывают фильм «Рожденные революцией», по другой – торжественное заседание в честь Дня милиции. По «Маяку» в честь такого случая поют Лещенко и Кобзон. Другой музыки в эфире нет.Съеденные пельмени начинают бурчать в животе, что вызывает сильную изжогу, и веришь народным байкам, что в них кладут бумагу и фарш из крыс. Вы разводите себе немного питьевой соды, после чего изжога незамедлительно сменяется икотой. Вы уходите спать.