Нико Фишер, невидимый герой нашего времени. Просыпается в постели с женщиной, тут же рвет с ней все отношения. Сомнамбулически стоит под душем, прикуривает от тостера, закидывается аспирином и, бросив беглый взгляд на часы, спешно отчаливает в шумную суету большого города. Большой город готовит сюрпризы: двери автобуса закрываются перед самым носом, въедливый сотрудник автоинспекции не желает возвращать права, а кофе, обыкновенный кофе, стоит почти на евро дороже, чем сумма монеток в кармане брюк. Вихрь причинно-следственных казусов подхватывает Фишера, пронося по берлинским улочкам, то тут, то там объявляются интересные и не очень личности, а сам он будто не успевает за событиями, вечно опаздывая и оставаясь на шаг позади.
Рассуждая о полнометражном игровом дебюте Яна Оле Герштера довольно трудно обойтись без трюизмов, «Простые сложности» — кино о жизни. О жизни современной, когда поезда уже не издают поэтичное «чух-чух», а просто проносятся мимо с легким шорохом. Когда все вокруг так гудит и стрекочет, что хочется заткнуть уши и трясти головой, хочется процедить этот громкий город мелким ситом, оставив только самое важное. Машины, эстакады, транспортные развязки, бесконечные бары, кафе, клубы — усредненное по каждой компоненте урбанистическое бытие Западной Европы. Что и говорить, автору действительно удается передать невероятный ритм деловых районов, долбящий индастриал трудовых будней. Черно-белые кадры подчеркивают серость существования, а смелый монтаж постепенно вводит в транс. Нико Фишер истратил все отцовские деньги, бросил учебу, ему под тридцать — и вот он его сумрачный лес. А жадные банкоматы и неисправные кофемашины, непреклонные чиновники и надоедливые соседи выглядят всамделишными хищниками местных бетонных джунглей.
С символизмом вообще полный порядок. Около десяти лет назад Джим Джармуш стильно и со вкусом поведал об истинных сокровищах потребительского мира, и именно кофе и сигареты становятся своеобразными точками опоры в хаосе «Простых сложностей». Правда контекст совершенно иной: сигареты тут есть практически у всех, ни одна просьба закурить не остается неисполненной, в то время как «выпить чашечку кофе» Фишеру не удается вплоть до самого последнего эпизода. Ему не хватает то денег, то времени, а режиссер так акцентирует на этом внимание, что не остается никаких сомнений: популярному ободряющему напитку приписаны самые что ни на есть метафизические свойства. И здесь, наверное, есть резон долго размышлять о разного рода дуализмах, о том, что выпив кофе Нико обретет спокойствие или даже смысл жизни, но ясно одно: происходящее настолько усложнилось, что элементарные действия превращаются в целые ритуалы.
Впрочем, список отсылок не ограничивается Джармушем, к примеру, по дороге в кафе Фишер с приятелем вспоминают «Таксиста» Скорсезе. Да, не поспоришь, «этот город полон дерьма». И, действительно, кажется, будто «когда-нибудь пройдет дождь и смоет с улиц всю эту мерзость». Однако же нет. Проблема в том, что все уже привыкли. Проблема в том, что ирокез Трэвиса Бикла давным-давно поседел и даже дерганым дерденам негде развернуть свой бойцовский клуб. Пафос антиглобалистов затерялся в прошлом, Де Ниро исполняет смешных старичков, Питт патриотически воюет с ордами зомби. А если вернуться к фильму, то Нико Фишер и сам не испытывает никакой ненависти к прожорливому мегаполису. Он грустно смотрит из окна авто на проплывающие мимо огни небоскребов и думает о чем-то своем. Например, о том, как за один день все перевернулось с ног на голову, и случайный пьяница из паба стал его лучшим другом. А где-то за кадром тихо играет джаз.
Сколько уже сказано про одиночество, исследованы едва ли не все виды экзистенциальной тоски, и хочется оценить «Простые сложности» в том же шаблоне, но едва ли он здесь сработает. Сегодня нужно в банк, завтра встреча, через час важный звонок — смирительная рубашка из обстоятельств не позволяет быть одиноким, скорее уж речь о невозможности побыть одному. Нет, мы и раньше были песчинкой, точкой, но проклятый дух постиндустриального времени искромсал песчинку по нанометрам, а в одинокой некогда точке теперь теснятся тысячи особей, нагло толкаясь локтями. И остается лишь вечный вопрос: кто виноват, несчастный человек — собирательный Нико Фишер или этот безумный мир, стремительно летящий в бездну сингулярности?
Эй, да налейте ему, наконец, этот чертов кофе!