Полковник Кудасов нищий! Помните, именно так в «Короне Российской империи» кричал один из главных героев. Так и я громко кричу, я трус. Я не люблю все эти аттракционы, горки, карусели и прочие нагрузки на организм. Да, человек, который еще в первом классе строил аэроплан из табуреток, надевал на себя респиратор в качестве кислородной маски, горнолыжные очки и шлемофон, и летал по квартире, представляя себя полярником, не хочет испытывать все эти прелести горок. А отучил меня от таких забот, как ни странно, самолет.
Каждое лето в распоряжение отца поступал экипаж сельскохозяйственной авиации, которые с беспощадным экстремизмом прискали на гусениц, которые, страсть как этого не любили, и мёрли пачками, грустно заворачиваясь в листочки. Ну и сорняки обрабатывали, и удобрения разбрасывали, да мало ли у них дел. Вот именно к такому самолету меня отец один раз и вывез, на полевой аэродром. Что может быть для пацана прекрасней, чем посидеть в кабине пилота. Потрогать эти кнопки, подержаться за штурвал, нацепить на себя ларингофоны…И наивысшее счастье, когда пилот предложил тебе прокатиться. В спокойном режиме он сделал круг, над расположенной в степи базой удобрений и приземлился. Вышел из аэроплана, бывалым летчиком и на вопрос отца, мол как впечатления, сын? Со снисходительностью покорителя Севера и моряка дальнего плавания, сплюнув под ноги, ответил: «Это ж кукурузник… чего ждать? Не истребитель! - подумал и процитировал на кануне прочитанного «Пилота первого класса»- только тихие спокойные полеты». ЭТО БЫЛО ОШИБКОЙ. ГЛОБАЛЬНОЙ. НА ВСЮ ЖИЗНЬ. Пилот, блеснув глазами, попросил «второго»: «Прокати!».
С чуЙством бывалого пилота я проследовал в кабину, плюхнулся в правую «чашку» и не пристегнулся. ОШИБКА № 2. Мы взлетели. Сначала, как в книге, ровные спокойны полеты… А потом началось. Этот блядский аэроплан пикировал вниз, я упирался в педали, я хватался за все что есть в кабине, я даже пытался схватиться за штурвал, но он предательски уходил от меня. В голове пульсировало: «Но он ведь тоже хочет жить, и у него тоже есть мама» Мысль прерывалась набором высоты, мне становилось легче дышать, и опять кувалдой била по мозгам, когда мы падали резко вправо и вниз. Орать мне было стыдно, организм забыл, что можно просто пукать, поэтому у меня просто расширялись глаза. Потом мне показали, что такое невесомость. Разогнались вверх, сделали «горку» и меня понесло вверх из сиденья. Как жаба я воспарил над сиденьем и опять плюхнулся комком говна при наборе высоты. Потом мы опять изучили пикирование и невесомость. На землю возвратили сломленного человека, который пошатываясь брел к отцовскому автомобилю, навсегда прощаясь с авиацией.
Самолюбию, слегка польстил подслушанный диалог отца и «первого» пилота
- Слушай, а твой «правак» он вообще нормальный?
- конечно нормальный, в наше училище по здоровью набирают… А пацан молодец, я думал на карачках выползет
А уже когда мы ехали домой, я нервно вздрагивал на каждой кочке. Слегка причитал: «мама, мама…» хватался руками за сиденье и был пристегнут
Короче, я не люблю карусели и аттракционы.