Сколько бы не говорили пациенту, что он виновен в своих болезнях больше, чем его генетика, а доктора совсем ни при чём, больной этому не верит. От признания тяжести собственной вины его ограждает медицинская неграмотность и психология, но кто-то признаёт за собой «капельку» огрехов ЗОЖ и тут же находит вескую причину, мешающую быть праведником. Родственники умерших 100% вины «взваливают» на врачей.
Взваливают не только оттого, что большинство докторов не умеет «сказать правильные слова» ошарашенным смертью или не желает вдаваться в неприятные разъяснения. Недосказанность создаёт атмосферу тайны, которую убитые горем близкие трактуют как естественное следствие неадекватности помощи, будто бы врачи сами толком не знали от чего лечили и тем более, почему случилась смерть.
Только письменное согласие пациента позволяет разглашение медицинской информации и исключительно отмеченному кругу лиц, что можно указать в информированном согласии или доверенности. Смерть человека прекращает действие всех доверительных документов, и закон вынуждает медицинских работников к полному молчанию, охраняя врачебную тайну. Близкие умершего не видят иного способа получения засекреченной информации, кроме обращения в прокуратуру или следственные органы.
И пишут жалобы, но раскрытие медицинской тайны, если следовать «букве закона», возможно только в процессе судебного рассмотрения, потому как ни следователем, ни прокурором не допускается разглашения полученных материалов. Представители следствия тоже стараются «зацепиться» не за патофизиологическую специфику, а «раскручивают» выявленные нарушения регламентов оказания медпомощи, поэтому большинство дел возбуждает по статье 238 УК «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности».
По утверждению первого замглавы СК РФ по Санкт-Петербургу генерал-майора юстиции Марины Парастаевой, в ТОП-3 причин недовольства родственников входят «неправильное» ведение беременности и родов, «ошибки» при оперативном вмешательстве и недовольство результатом пластической хирургии и стоматологии. На онкологов, кстати, жалуются очень редко, зато активно прирастает частота выявления приписок в медицинской документации.
«В 2016 году к нам поступило 104 заявления о возможных ятрогенных преступлениях, в 2017 - 108. И из этого количества в 2016 году мы возбудили 11 уголовных дел, в 2017 – 30. А в суд, то есть мы доказали, что между действиями медработника и наступившими последствиями есть прямая причинно-следственная связь, передано три и два дела соответственно». СК ведёт «учет всех заявлений по ятрогении», и при отсутствии состава преступления направляет в администрацию ЛПУ свои выводы.
«В случае врачебной ошибки администрации учреждения о ней чаще всего хорошо известно. Однако в медицинском сообществе очень высок уровень корпоративной солидарности, и это серьезное препятствие для следователей», - отмечает генерал юстиции. А что остаётся врачам, если закон не признаёт термина «врачебная ошибка», а «врачебную тайну» требует хранить за семью печатями, что активно поддерживает и питает враждебное отношение обывателей к медицинским работникам.
Понравился материал? Регистрируйся на сайте МирВрача
А также по теме:
За ошибку с доктора спросит система, а стуканут свои
По усмотрению руководства, особо часто грешат необоснованностью процессуальных решений и бездействием следователи Башкортостана и Ульяновской области. Поэтому руководство рекомендует своим подчинённым в регионах заключать соглашения с местной здравоохранительной властью на информирование СК «обо всех фактах смертей несовершеннолетних, беременных и рожениц»…
Напрасные слова
Преимущественно в жалобах фигурируют всё-таки не врачи, а младший и средний персонал, чиновники-распределители льгот, которым в юности никто не вложил понимания «вопросов деонтологии и профессиональной этики». Грубость проблема непраздная, по недавнему опросу ВЦИОМ, она непосредственно задела 11% россиян, но когда-то нечасто с ней сталкивались ещё 19%...
Чтобы жить долго и счастливо (rg.ru)
Шансы на дольше (www.kommersant.ru)
Врачебные ошибки нужно обсуждать (rg.ru)