С летним усердием столичный воздух наполнялся запахом плавленного асфальта. Небо затягивалось пудрой заката пока Садовое замыкалось в бесконечной болтовне двигателей. Сотрудники множества разукрашенных лавочек меняли вывески на “Closed”, подсвечивая их долгожданными огоньками сигарет.
– А ты знала, что Васильев гей? – сладко затянувшись сказала невысокая блондинка.
– Парень третий день работает, а ты уже досье откопала? – ответила девушка с чудаковатым пучком на голове.
– Да я тебе говорю, у меня радар, – блондинка по-приятельски хлопнула коллегу по плечу, – У нас в салоне ни одного натуральщика не работало. Сама посуди – смазливый, аккуратный всегда такой. Да и стрижет он средненько. Явно босс его не из-за таланта привел.
– О чем сплетничаем? – ворвалась в разговор пышная брюнетка, пытающаяся при этом сохранить целостность кофейных кружек, до краев наполненных красным полусладким.
– Да, у нас тут сыщик завелся, – ухмыльнулась девушка с пучком, отобрала у подруги пятничный напиток и продолжила, – Говорит, Васильев гей.
– Хах, - фыркнула брюнетка, – А ты сомневалась? Какой нормальный мужик в нашу профессию пойдет? Так что, бабоньки, будем мы теперь вчетвером кавалеров искать.
Девушки в унисон залились хохотом, переведя диалог в пантомиму, прерванную скорым опустошением кофейных кружек. Ведомые алкогольной жаждой и решительностью закрыть все вопросы с репутацией новичка, подруги вернулись в салон.
Спустя несколько пятничных историй, приправленных острой убежденностью и пряным виски, лето развеялось вместе с последним запахом плавленного асфальта. За ним сбежал сентябрь, и переменчивый октябрь хозяйничал на столичных улицах. Вывеска одного модного салона красоты приняла свое вечернее положение и на крыльце появилась пара фигур в пледах и с большими кружками в руках.
– Ты знаешь, а Васильев не так уж и плохо стрижет.
– Жалко только, что теперь не у нас.
– Угу, – вздохнула девушка со странной прической и со звуком процедила горячий чай.
Дверь еле слышно щелкнула и блондинка присоединилась к подругам. Подвернув плед и задумчиво хихикнув, девушка присела на ступени.
– Кисик, ты чего? – с недоумением спросила брюнетка.
– Васильев уходит.
– Да, понимаю.
– А я-то как жалею.
– Нет, вы не поняли, девочки, – фыркнула блондинка, – Я беременна.
Подруги переглянулись.
– И я, – повторила брюнетка и присела слева от блондинки.
– И я, – вздохнула третья и опустилась к подругам.
Дверь снова щелкнула и на пороге появился лучезарный Васильев с шампанским в руках.
– Дамы, смотрите что я вам принес, – тут парень заметил выражение лиц своих коллег и немного изменился в голосе, – Девчонки, чего такое?
– Я же помочь тебе хотела, – запричетала блондинка.
– Новый мир открыть, – добавила девушка со странной прической.
На этом Васильев окончательно потерял логику этого вечера и решил молчаливо дождаться пока девушки поведают, чем же он мог довести их до такого помешательства.
– Что же ты не сказал, что ты не гей? – наконец, выдала брюнетка.
Васильев расхохотался и ответил:
– Так вы же не спрашивали.
