АРМАГЕДДОН

Узнав от бодрого телеведущего, что близится ядерный армагеддон, семья Егоровых засуетилась.

- За продуктами надо бежать! - причитала корпулентная Люся. - А то трах-бах, а у нас шаром покати. Погляди на Щуплецовых, у них уже давно все готово! Двести пельменей наморожено. Варенье на балконе с пятьдесят восьмого года стоит. Одной мне муж растыка достался…

Обиженный на растыку Егоров взял карандаш и бумагу и попытался доказать несправедливость жениных обвинений.

- Ну вот, предположим, сахар, - бормотал он негромко, ставя галочки напротив различных товарных позиций. - Этого у нас, как дерьма за баней. Сто пятьдесят килограммов. Слава богу, в прошлый кризис запаслись. Риса немного есть, овсянка на полочке… Люсь!

- Что тебе, чудо в перьях?

- А мы куда со всем этим побежим?

- Сказано тебе по телевизору, в ближайший бункер!

- А где он?

Супруги задумались.

- Вот с чего начинать надо, - домовито заявил Егоров, довольный тем, что в голову его пришла дельная мысль. - Не с овсянки. А то вломимся куда-нить, а там уже занято! Надо что-то своё, персональное. Можно овощехранилище апгрейдить, хе-хе…

- Во, тебе как раз подойдёт! Ты и есть овощ!

- Попрошу без оскорблений, мадам! И ваш муж на кое-что способен. На идеи кое-какие. Значит, замастырим убежище. Поставим кодовый замок, дверь железную, чтоб никто, кроме нас, туда не ворвался. Вот твои Щуплецовы-то замечутся! Прибегут, стучать будут. Дескать, откройте нам, Иван Петрович, помираем. Вон уж гриб растёт на горизонте…

Люся зачарованно молчала, представляя картину маслом.

- Ну, чего молчишь? Пустим? Как считаешь?

- Дык… соседи же… надо пустить, если по-православному…

- Я твоё православие знаю! У тебя было что со Щуплецовым, сознавайся? Поди, и в убежище будешь мне рога наставлять?

- Да что ты такое говоришь! Креста на тебе нет!

Егоров хмурился, подавленный собственными мыслями.

- Хотя, Люсь, может, ты и права. Плодиться надо будет… и размножаться… с удвоенной силой… народишка-то поменьше станет после катастрофы… восстанавливаться нужно любым путём, пусть даже со Щуплецовым…

- Думаешь, все же шарахнет Трамп?

- Этот? Этот может, сучий потрох. Или от Ына прилетит, глазки у него косые, может и в нашу сторону зафинтилить.

- Да уж, Вань, не говори. И повезло же нам между двумя этими обормотами жить. Прямо в Тюмени, на пупе земли.

- Ты лучше список дальше смотри, чего нам рекомендуют. Консервы… ну в Ашане как раз сейчас скидка на сайру, возьму ящик… затем масло оливковое… а оно на кой?

- Салатики делать! - то ли в шутку, то ли всерьёз посоветовала Люся.

- Ага, оливье на Новый год! А ёлочку даже не наряжать можно! Сама станет в темноте светиться! От радиации!

Егоров вздохнул и обречённо сказал:

- Иду завтра в хозяйственный за лопатой и буду по вечерам убежище рыть. Так что с шести до десяти, извини уж, дома не жди.

Но Люся не была бы супругой Егорова, если бы не разгадала тонкий манёвр.

- Где ты убежище будешь рыть? В гараже со своими алкашами? Под вяленого чебака? Обрадовался, что повод подвернулся? Хрен тебе!

Егоров насупился ещё больше.

- Знаешь-ка что, нечуткая женщина, а иди ты…

- Куда?

- Спать! И я пойду!

Часом позже, прижимаясь под одеялом к тёплому туловищу жены, пропахшему дешёвым мылом, Егоров прошептал:

- Люсь, а у меня знаешь, какая идея?

- Ну какая, горе луковое?

- Давай телевизор продадим… Вообще… И не будем эти страсти больше смотреть… А, Люсь?

Но Люся уже посапывала, потеряв интерес к геополитике.