Найти в Дзене

Филиппины мон амур: политики о том, что такое политика

Политики на Филиппинах называются "пулитико". Дань испанскому языку, который так до конца и не исчез из общественной коммуникации, сохранившись в виде терминов. Пулитико - это тот, кто определяет всю жизнь в своей местности. Раньше, когда традиционные отношения господства старших, богатых или "уважаемых", членов рода были абсолютны, зависимые от них, младшие и бедные члены рода не раздумывая голосовали за того, на кого они указывали. А намекал им на того, за кого они должны голосовать, именно пулитико. И пара зарисовок, чтобы были понятны эти отношения в 1960-х годах (сейчас ситуация стала лучше и филиппинские рабочие считаются одними из самых непокорных во всей ЮВА). В небольшом городке, около 7 тысяч жителей, о-ва Лусон конгрессмен агитировал за выбор своего протеже в губернаторы. Он намеривался сменить действующего губернатора, который когда-то также был его протеже. Говорил он местным жителям примерно следующее: "Вы знаете, что я тут родился. Вы помните, что до того, как я стал

Политики на Филиппинах называются "пулитико". Дань испанскому языку, который так до конца и не исчез из общественной коммуникации, сохранившись в виде терминов.

Пулитико - это тот, кто определяет всю жизнь в своей местности. Раньше, когда традиционные отношения господства старших, богатых или "уважаемых", членов рода были абсолютны, зависимые от них, младшие и бедные члены рода не раздумывая голосовали за того, на кого они указывали.

А намекал им на того, за кого они должны голосовать, именно пулитико.

И пара зарисовок, чтобы были понятны эти отношения в 1960-х годах (сейчас ситуация стала лучше и филиппинские рабочие считаются одними из самых непокорных во всей ЮВА).

В небольшом городке, около 7 тысяч жителей, о-ва Лусон конгрессмен агитировал за выбор своего протеже в губернаторы. Он намеривался сменить действующего губернатора, который когда-то также был его протеже.

Говорил он местным жителям примерно следующее:

"Вы знаете, что я тут родился. Вы помните, что до того, как я стал конгрессменом, здесь не было колледжа, не было асфальтированных улиц, не было такой красивой пласа (прим. центральная площадь города), не было шоссе, связавшего наш город с провинциальным центром. Все это сделал я, потому что это мой родной город. И вот теперь я узнаю, что нашлись люди, поддерживающие моего противника. Где же ваша благодарность? Я скажу вам прямо. Возле урн будут стоять мои люди, урны вскроют, и я доподлинно узнаю, кто голосовал против моего кандидата. Мне наплевать на закон. Это моя провинция и мой родной город. И если найдутся 50 человек, которые будут голосовать не так, как я хочу, город не получит ни одного сентаво на общественные работы, а непокорным лучше добровольно убраться отсюда".

Красноречивая речь, которая скорее напоминает речь феодала к своим вассалам, а не демократического политика к своим избирателям.

Впрочем, большинство "пулитико" и тогда, и сейчас прекрасно знали чем они собираются заниматься после избрания. Сейчас, конечно, об этом прямо не говорят, но вот в середине 20 века филиппинские политики были куда откровенней.

Возмущаясь принятым при президенте Элпидио Кирино расследованием, один из сенаторов сказал:

"Зачем вы приказали начать расследование, уважаемый господин президент? Никто не требует, чтобы вы открыто разрешали злоупотребления, но вы должны по меньшей мере терпимо к ним относиться. Для чего же тогда мы находимся у власти? Мы не лицемеры. К чему притворяться святыми, если в действительности мы ими не являемся? Когда мы умрем, мы отправимся в ад. И это, пожалуй, не так уж и плохо - там не будет никаких расследований, не будет ни министра юстиции, ни министра внутренних дел для проверки нашей деятельности".

Короче говоря, замечательный сенатор прямо сказал то, о чем стесняются до сих пор говорить его "идейные" наследнички по всему земному шару - чихать мы хотели на общество, избираясь мы собираемся отстаивать свои интересы, а на все остальное - смотрим сугубо покладательно.