Лидеры коммунистической партии Вьетнама и вьетнамского правительства заняли противоречивые позиции в отношении недавних массовых уличных демонстраций, после которых резко интенсифицировалась фракционная политика на про- и антикитайских линиях. Право на демонстрации закреплено в конституции Вьетнама, равно как и неотъемлемые права на свободу собраний, ассоциаций, слова и печати. Действительно, право на демонстрации было признано в Конституции 1980 года, первой хартии, принятой после политического объединения северных и южных регионов страны последовавшего за победой коммунистов во Вьетнамской войне.
За прошедшие тридцать восемь лет правительство, возглавляемое Коммунистической партией, так и не смогло принять законы для защиты этих прав. В этом правовом вакууме недавно прошли репрессии против инакомыслия, когда были арестованы и заключены под стражу десятки тех, кто участвовал в недавних массовых общенациональных демонстрациях против законопроекта о специальной экономической зоне (ОЭЗ), закона о кибербезопасности и, самое главное, растущего влияния Китая в стране.
Однако право на демонстрацию является одним из редких вопросов, по которому монолитный однопартийный режим, действующий на основе консенсуса, как представляется, не имеет согласия. В 2011 году Национальное собрание подняло вопрос о необходимости принятия закона, регулирующего протестную деятельность населения и, в частности, закона о демонстрациях. Четыре года спустя Министерство общественной безопасности (МОБ) должно было представить предлагаемый законопроект правительству тогдашнего премьер-министра Нгуена Тан Данга (Nguyen Tan Dung), но позже попросило отозвать его из-за «деликатности и сложности».
Этот вопрос может быть вновь поднят, если поступит просьба от большинства членов Национального собрания. Неясно, будет ли протестное движение в ближайшее время столь же сильным, как и недавние выступления, которые стремящееся к стабильности правительство явно рассматривало как угрозу национальной безопасности и общественному порядку. Протесты во Вьетнаме часто начинаются по конкретному вопросу только для того, чтобы быстро трансформироваться в антиправительственные агитации, включая националистические митинги с криками о том, что партия слишком обязана Китаю.
Тем не менее, недавние (в июне и июле) уличные выступления, где по разным подсчетам в различных городах вышли на демонстрации сотни тысяч людей, выявили расколы на самой вершине властной структуры страны, а именно, между Генеральным секретарем Коммунистической партии Нгуен Фу Чонгом (Nguyen Phu Trong) и президентом страны Чан Дай Куангом (Tran Dai Quang). Это проявилось через контролируемые партией, но крайне фракционированные государственные средства массовой информации. Так, 16 июля министерством информации и коммуникаций известная местная газета Tuoi Tre Online была отстранена от публикаций на три месяца, но, несмотря на это, 19 июня в ней была опубликована статья, в которой говорилось, что Куанг согласился с необходимостью принятия закона о демонстрациях.
Эта история также вызвала критику некоторых предполагаемых коррумпированных членов Политбюро, захвата государственных земель, неправильного расходования бюджета и сотрудников общественной безопасности, которые организовали незаконную игорную деятельность. Министерство информации и коммуникаций заявило, что содержащаяся в докладе информация не соответствует действительности и оказала серьезное негативное воздействие на партию и правительство.
Фактически, Tuoi Tre Online было приказано немедленно изменить название статьи после ее первоначальной публикации с «Президент согласился, что закон о демонстрациях необходим» на «Насильственные протесты в Биньтхуане (Binh Thuan) и Хошимине (Ho Chi Minh City) были вызваны путем подстрекательства». Все содержание, связанное с заявлением Куанга и предложениями избирателей о необходимости закона о демонстрациях, было вырезано из текста статьи. Согласно оригинальной копии статьи, Куанг сказал на встрече с избирателями в Хошимине 19 июня, что в качестве члена Национального собрания он поддерживает петицию избирателей о законе о демонстрациях. В статье говорится, что он обещал доложить о законе Национальному собранию.
Один из избирателей, процитированный в первоначальной версии статьи, сказал, что «Национальное собрание должно взять на себя инициативу по исследованию и разработке закона о демонстрациях, а не ждать, пока правительство или соответствующие министерства и ведомства создадут закон, а затем Национальное собрание просто примет его. Это не характеризует законодательную власть положительно» Другой избиратель, процитированный в статье, сказал: – «Национальное собрание должно как можно скорее принять этот закон, с тем, чтобы народ мог осуществлять свои конституционные права на законных основаниях, принимая участие в охране общественной безопасности и порядка». Еще один представитель протестных явлений заявил: – «Мы не должны просить министерство общественной безопасности подготавливать проект закона о демонстрациях, поскольку оно занимается демонстрациями и восстановлением общественного порядка. Кроме того, именно это учреждение обеспечивает соблюдение закона».
Четыре дня спустя пресс-служба министерства информации и коммуникаций наложила штраф в размере 50 млн. донгов (2200 долл.) на другую интернет-газету VietnamNet за публикацию аналогичной якобы «ложной» истории под названием «Президент сообщит Национальному собранию о законе о демонстрациях». Маловероятно, что оба издания Tuoi Tre Online и VietnamNet поместили одни и те же «ложные» слова в речь президента в одно и то же время. Если бы эта история была ложной, президенту или его канцелярии пришлось бы просто приказать государственным газетам исправить ее. Многие свидетели на встрече избирателей с Куангом говорят, что есть видео и аудио записи этой встречи.
Важно отметить, что Куанг сказал о законе о демонстрациях то, что противоречило положениям посланиия Генерального секретаря Чонга двумя днями ранее 17 июня. В послании говорилось, что «плохая природа протестов против проекта закона о СЭЗ заключалась в искажении истины, в подстрекательстве к выступлениям. Были диверсионные элементы. Мы не исключаем и внешних факторов». Всем 800-стам вьетнамским газетам, телевизионным сетям и радиостанциям, находящимся под жестким контролем правительства, было запрещено освещать массовые протесты, хотя многие из них транслировали резкие антикитайские выпады. Тем не менее, те же самые публикации были свободны объявить, что де-факто в ответ на протесты 1 января 2019 года по всей стране вступят в силу военное положение и новый комендантский час.
В однопартийной политической структуре Вьетнама Политбюро и генеральный секретарь коммунистической партии имеют власть над президентом. В этой иерархии только Чонг имеет право подвергать президента прямой цензуре. Не известно, как Куанг отреагировал на удаление его замечаний из Tuoi Tre Online и VietnamNet, хотя считается, что он впервые подвергся цензуре в местных средствах массовой информации после того, как стал президентом в январе 2016 года. Но этот инцидент, как полагают, подлил масла в огонь кипящего личного конфликта между двумя лидерами страны. До недавнего времени пока народные протесты не были подавлены и затихли Куанг молчал. Теперь он снова промолчал после того, как его слова о поддержке закона о демонстрациях были фактически изъяты из средств массовой информации, предположительно по приказу Чонга. В последние дни Чонг неоднократно говорил о «внутренних врагах» среди протестующих, что, как считают некоторые, означает, что Куанг и его фракция молчаливо поддержали антикитайские волнения.
Игры властной политики скрыты от общественности. Будучи еще министром общественной безопасности при предыдущем премьере Нгуен Тан Зунге (2006-2016) – политическом противнике Чонга, которого он отодвинул на второй план на съезде Коммунистической партии 2016 года – Куанг решительно выступал против принятия закона о демонстрациях. Затем он воспользовался различными предлогами, чтобы отложить представление законопроекта. Почему он столкнулся с необходимостью принятия такого закона, неясно. Ясно лишь то, что дебаты в местной прессе не будут продолжаться. После недавней цензуры, некоторые аналитики теперь рассматривают Tuoi Tre Online и VietnamNet как поддержку Куангу. В аналогичном направлении следует и другая влиятельная местная газета Thanh Nien. Ее публикации рассматриваются как более чувствительные к преобладающим течениям в обществе, чем носители консервативного направления, которые, как правило, вторят жестким позициям Чонга.
Многие западные аналитики не считают Куанга, как человека, возглавлявшего министерство общественной безопасности, либералом, но рассматривают его менее обязанным Китаю, в отличие от Чонга, твердого последователя догматической идеологии Коммунистической партии. По их мнению, любой новый шаг по продвижению вперед закона о демонстрациях будет скорее ограничивать, а не защищать права народа на протест. Некоторые вьетнамцы считают, что лучше вообще не иметь никакого закона и продолжать существовать в правовом вакууме, хотя это вряд ли мнение тех, кто сейчас содержится под стражей. Но вопрос, который сейчас поднимается, – это уверенно ли держится Куанг против Чонга, будут ли люди, которые верят ему и его фракции, представлять собой более открытой, менее прокитайский Вьетнам?