Всю ночь перед этапом, нас гоняли по сборке, сдача матрасов, шмон, проверка личных дел и тд. Под утро всех распределили в отстойник, но поспать не удалось. Камера была холодная и сырая, чем то напомнила карцер, в котором ещё недавно мне пришлось побывать.
Сухой паёк
Через некоторое время открыли кормушку и стали выдавать сухой паёк, на время этапа.
- Подходим по одному, не суетимся, - голосил вертухай.
- Селёдки всем хватит. - Смеялся баландёр.
Обычно, на этап, сухим пайком выдают селёдку, чёрный хлеб и сахар, из расчёта: буханка чёрного хлеба, одна селёдка и 20 грамм сахара - на одни сутки.
Получив три селёдки и три буханки хлеба с кульком сахара, я понял, что везут меня далековато, за пределы средней полосы России.
- Прощай мама, прощай водка, мы поедем на Чукотку,- пронеслось у меня в голове.
В восемь часов утра, камера открылась.
- Все на выход. - Послышалась команда корпусного.
Этап
Человек пятьдесят, с баулами в руках, гуськом, проследовали за корпусным, по коридорам Красной Пресни. Сзади шли несколько вертухаев, в полной готовности, с собаками на подводках.
Шествие завели во внутренний двор, оцепленный солдатами с автоматами на перевес. Началась погрузка в воронки, стоявшие рядом, с заведёнными двигателями. Офицер, с папками личных дел, в руках, стоявший не далеко от машин, начал выкрикивать фамилии заключённых
- Побрункевич, - выкрикивал начальник конвоя. - Я. - отвечал вызванный.
- Статья?
- 146 часть вторая, 9 лет усиленного режима. - отчеканил осуждённый.
- В машину пошёл... - Орал конвоир.
В это время звучала следующая фамилия.
Услышав свою, доложив за что и по чем, я, быстрым шагом направился в воронок.
- Быстрее! - доносилось мне вслед.
Жуткое зрелище, рычали собаки, солдаты с автоматами, готовые в любой момент, нажать на курок. Все отрепетировано до мелочей.
В воронках было тесно, некоторые арестанты курили, глаза слезились. За решёткой кричали сидевшие конвоиры.
- Не курить! - Но разве послушает кто их?....
Машины тронулись, нас везли на вокзал.
На вокзале, всех выгрузили и посадили на корточки. Процедура простая, один конвой, передавал другому дела и осуждённых для сопровождения.
- Шаг в сторону - попытка к побегу, вологодский конвой шутить не будет, стреляем без предупреждения, - свирепым голосом рычал конвоир.
Поезд стоял только с одной стороны платформы, через железку на встречной платформе стояли вольные люди и наблюдали за посадкой заключённых в вагон, похожий на багажно-почтовый. Я всегда думал, что в них возят почту.
- Милок, дай ребяткам покушать, просила сердобольная бабуля, оказавшая в метрах пятнадцати от конвоиров. Держа в руках тряпочный кулёк.
- Уйди бабка, а то сейчас вызовем милицейский наряд.
Выкрикнул конвоир. Но старуха продолжала стоять и смотреть на нас жалостным взглядом.
Погрузка подходила к концу...
Столыпинский вагон
В столыпинском вагоне всех рассадили в четыре бокса и через некоторое время поезд тронулся. Мы с Олегом, устроились на третьем ярусе, каждый был погружён в свои мысли, поезд направлялся на крайний север. Впрочем, об этом я ещё не догадывался.
В дороге, мы если селёдку с черным хлебом и кипятком, по утрам и вечерам, по одному, осуждённых выводили на оправку. Арестанты переговаривались с другими заключёнными.
На остановках, иногда, кого то подсаживали в свободные боксы, кого то высаживали. Иногда вагон отцепляли и загоняли в отстойник на несколько часов, затем опять прицепляли к следующему составу и мы трогались дальше. Шёл обычный этап....
Через трое суток, поезд остановился, конечная станция Печора Коми АССР.
Нас завезли в карантин, который располагался в зоне строго режима. Это была новая зона, недавно отстроеная, человек на пятьсот.
- Но здесь сидят строгачи,- подумал, я.
Лишь только в карантине, стоявший на окраине зоны, я понял, что это обыкновенный транзит и меня повезут в друге место.
На следующий день, нас снова этапировали в дорогу. Поезд шёл назад, до станции Чикшино, что в пятидесяти километрах от г. Печоры. Там располагалась колония усиленного режима ПЛ 350/1, конечный пункт нашего этапа.
Лесоповал
Нас провели через открытые ворота. В этот момент, как раз был развод на работу, на биржу (нижний склад).
Проходя мимо шагавших по пятёркам зеков, из толпы вдруг донеслось:
- Откуда этап? - выкрикнул кто-то.
- Из Москвы, - ответил мужичок, шагавший рядом со мной.
- Прилетели к нам грачи пи...….сы москвичи, - послышался хохот проходящей пятёрки заключённых, мимо нас.
Продолжение следует...
Читать с самого начала: Малолетка, моя первая ходка!
© 2018 - Владимир Силаченков.