- У меня не дети, а монстры! Я безумно от них устала, – однажды сказала мамина хорошая подруга.
Фраза прозвучала, как гром среди ясного неба. Потому что никто и никогда при мне не произносил подобного. Это было чудо, откровение, невиданное признание.
Мне было лет 12, не больше, и с неё детьми я была прекрасно знакома. Сейчас я понимаю, что никакими монстрами они не были. Девочка была бойкой, шумной – сейчас бы её назвали гиперактивной. Мальчик – был тише, спокойнее, но упрямым, с кучей двоек в дневнике и такой же кучей амбиций.
Помню, я тогда сказала, что не буду заводить детей. И дама, опомнившись, принялась сыпать штампами на тему «дети – счастье», «смысл жизни», и вообще, «родишь – поймёшь».
Потом, уже будучи взрослой, я неоднократно вспоминала этот разговор. И многие другие, с другими женщинами. О том, что рожать не больно, что младенцы всё время спят, кормить грудью – это феерические ощущения, и – да, дети – счастье.
Оказалось, что рожать больно. И нет, боль не забывается, когда берёшь малыша на руки. Она и сейчас не забылась, хотя в этом году сын пойдёт в первый класс. Ещё выяснилось, что бывают младенцы, которые не спят. 5 минут сна на руках, опускаешь в кроватку – вопль, ещё 5 минут на руках, кроватка – вопль. Бесконечная карусель.
В одном женская часть моих знакомых оказалась права: грудное вскармливание – это фантастические чувства… из фильма ужасов.
- Вам не может быть больно! Значит, вы неправильно прикладываете!
- Смотрите, доктор: вот так?
- Да… Странно. Понятия не имею, почему вам больно.
…Никто не знал, почему мне больно, почему абсолютно здоровый ребёнок орёт и не спит, а я… я ненавидела себя и своё материнство.
Впервые в жизни я столкнулась с нерешаемыми проблемами. До родов таких в моей жизни не было. Я крепко усвоила, что нет ничего невозможного: если приложить чуть больше усилий – я добьюсь своего. И так и было. До рождения ребёнка.
Я хотела и была готова. Я была абсолютно уверена, что справлюсь. Я знала, как кормить/одевать/развивать, когда ребёнок начинает держать головку и во сколько вырастает первый зуб, что делать можно и чего нельзя ни в коем случае…
И вся эта детская энциклопедия в моей голове оказалась абсолютно бесполезной. Потому что нигде не было написано, что делать, если тебя захлёстывает бессильная ярость, если ты четвёртые сутки не спишь, если даже в туалет идёшь с младенцем на руках…
К чему была вся эта ложь о розовых пяточках и умильно сипящих носиках? Чего ради? Почему никто не сказал, что будут не только пяточки, но и вопли, отсутствие сна, разгрызенная в лоскуты грудь и полная беспомощность?
Об этом необходимо говорить. Без притворства и лицемерия. Только правду и ничего кроме правды. Вы боитесь, что после этого женщины перестанут заводить детей?
Не перестанут. Просто будут понимать, что их ждёт и тщательнее готовиться. Яснее осознавать риски и последствия.
Прежде, чем отправлять прыгать с парашютом, неофитам проводят инструктаж. Объясняют, что во время прыжка можно потерять сознание, что парашют может снести ветром, что он вообще, чёрт возьми, может не раскрыться – и это нормально. Никто не говорит «мысли позитивно» и «не забивай голову», никто не скандирует «прыгнешь – поймёшь».
Впрочем, не надо радикальных примеров. Допустим, вы поступаете в институт. Что делают старшие подруги? Правильно, рассказывают, что сдавать химию – легко, если накрасишься поярче, а препод по английскому – зверь, что на кафедру психологии ни в коем случае нельзя приходить в короткой юбке, а если не явишься на практику по физике – тебе хана, что философию у Иванова прогулять можно, а у Петрова – ни-ни. Но никто не говорит «поступишь – поймёшь» и «учёба – счастье».
Так что не так с материнством? Почему женщины веками врут друг другу, скрывая трудности и подводные камни?
А потому что признаться, что тебе было трудно/больно/грустно – значит, признать себя неудачницей. Плохой матерью. Ненормальной.
Знаете, я так и не справилась. Сын начал нормально спать только ближе к году, сам. А грудное вскармливание я свернула ещё в 2 месяца – занимательная, кстати, история, как-нибудь расскажу. И – нет, мне не стыдно.
Я говорила и буду говорить о материнстве только правду. Потому что дети – счастье. Трудное, нечеловечески тяжёлое, почти невыносимое счастье. И это надо иметь в виду.