Я встречал мальчишку каждое утро недалеко от проспекта. Маленький, с впалой воробьиной грудкой и постоянно чумазый, он околачивался возле придорожной кафешки. Сам никогда ничего не просил, но по глазам было видно: голодный. Однажды я подошел и спросил:
– Как тебя зовут?
– Ванька, – голос у него был жалобный, тонкий.
– Есть хочешь, Ванька?
Он кивнул и молча опустил голову.
Я взял в кафе две тарелки супа и котлеты. Мальчик жадно набросился на еду, а у меня защемило сердце: как в наше время, когда у нас в стране полно миллиардеров и миллионеров с роскошными яхтами и домами – по улицам бродят голодные и оборванные мальчишки.
– Ваня, у тебя родители-то есть?
Он обмакнул хлебушек в суп и сверкнул на меня своими огромными глазенками:
– Батю посадили, а мамка бухает. У меня еще две сестры младшей…
– А ты в школу не ходишь?
– Нет еще… – он покосился на мою тарелку,– дядя, а можно мне еще супа?
– Ешь, Ваня. Ты где живешь -то?
– Мы в коммуналке на Лесниковской живем, в двадцать шестом доме.
Я взглянул на часы: мой обед уже заканчивался. Протянув Ване стольник на мороженное, я побрел к машине.
– Спасибо вам, дядя…– поблагодарил меня мальчик.
Весь день я не находил себе места, мне было жаль этого смышленого мальчугана. После работы я заехал в органы опеки поговорить о странной семейке, но они прекрасно знали эту семью, знали, что мама Вани периодически уходила в запой, а детишки слонялись голодные. Хорошо хоть сердобольные пожилые соседи подкармливали малышей.
Я поехал по адресу поговорить с мамашей, но там была очередная пьянка. Две совсем маленькие девчушки сидели в песочнице, а Ваня пытался отремонтировать сломанный велик возле подъезда.
Я вызвал мать Вани, дородную женщину лет тридцати в подъезд:
«Как вам не стыдно…У вас дети голодные, а вы пьете…»
Она сверкнула на меня черными глазищами и хлопнув дверью перед носом ушла. Вскоре вышел здоровый небритый мужик: «Парень, ты не охренел часом, на мою сестру наезжать?»
Я махнул рукой и спустился вниз. Помог Ваньке отремонтировать велик, прислушиваясь к пьяным крикам на втором этаже.
– Вы не думайте, мамка не всегда такая… – задумался Ваня,– она неделю попьет, а потом становится хорошая, добрая…»
– Ваня, у тебя мечта есть?
– Хочу – чтобы мамка не пила. А еще… хочу порулить на машине,– он покосился на мою « Ауди».
Я вытащил ключи из кармана:
– Пошли, Ванька… хоть в чем-то я могу тебе помочь…