«Заводной апельсин» (A Clockwork Orange, 1971) - один из самых известных и влиятельных фильмов выдающегося американского режиссера Стенли Кубрика, снятый по одноименному роману британского писателя Энтони Бёрджесса - стал переломным в карьере художника. За Кубриком окончательно закрепилось звание скандального экспериментатора от кино, а сам он надолго осел в Великобритании, где снял, например, свой следующий шедевр «Барри Линдон».
Вообще, «Заводной апельсин» получился чисто британским явлением. Британия в конце 60-х гг. двадцатого века переживала очередной культурный рассвет, связанный, прежде всего, с рок-культурой, став вторым, после неизменной в XX веке Америки, центром притяжения для амбициозной молодежи всего мира. Это было связано с политикой Королевства, направленной на интеграцию оставшихся без отцов «детей войны» (таких, как Леннон и Уотерс) в истеблишмент с целью создания альтернативы культурной гегемонии Америки. Эдди Превост (AMM) вспоминал:
Британский рок-н-ролл обязан абсолютно всем пособию по безработице и художественным школам.
Ты не мог, конечно, ездить на роллс-ройсе, но ты мог делать, всё что тебе заблагорассудится, государство давало тебе деньги, 20 фунтов в неделю безо всяких вопросов. И если ты не мог стать музыкантом, то ты шёл в худшколу и получал грант на три года. От тебя вообще ничего не требовалось. Хочешь – намазывай краску на холст, хочешь играй на гитаре». Переживало бум и новое британское кино. Такие режиссеры как Джозеф Лоузи (как и Кубрик, переехавший в Британию из США), Линдсей Андерсон, Николас Роуг, Кен Лоуч, Кен Рассел, во многом задавали тон эпохе, а звезда фильма Андерсона «Если» Малколм Макдауэлл стал идеальным претендентом на роль Алекса в кубриковском «Апельсине».
Считается, что в романе Энтони Бёрджесса, подарившего, помимо прочего, миру вымышленный язык надсат (своеобразный русско-британский жаргон, используемый, например, в своем последнем альбоме Дэвидом Боуи), Кубрика, этого исследователя от кинематографа, заинтересовала возможность проследить взаимосвязь насилия и власти. Стоит отметить, что данные темы вообще были чрезвычайно модны среди интеллектуалов эпохи (см., например, «Надзирать и наказывать» Мишеля Фуко, фильмы Пазолини, «Гибель богов» Висконти). Кубрик приглашает зрителя поразмышлять на довольно опасные политически острые темы. Например, задаться вопросом: чем отличается легитимное насилие, творимое властью от насилия обычного хулигана? И как творящий насилие хулиган становится представителем власти? Наконец, почему власть столь привлекательна для обывателя? Неудивительно, что данные темы не могли не обеспокоить политический истеблишмент.
Фильм подвергался гонениям цензоров, став на сегодняшний день, как это часто случается, бесспорной классикой, разобранной на цитаты. Иконический образ Алекса примеряли на себя персонажи мультфильмов и рок-звезды (например, Дэймон Албарн), а Малколм Макдауэлл однажды даже сыграл Калигулу в стиле «Заводной апельсин», однако, кажется, истинный пафос фильма Кубрика так и остался нераскрыт в массовом сознании (а Кубрик, как всякий американец, рассчитывал всегда на максимально широкую аудиторию, на того самого «простого зрителя»). И сегодня, спустя почти полсотни лет, вопросы, поставленные Кубриком, звучат актуально.
Понравилось? Не забудьте поставить лайк, расшарить и подписаться
:o)