О нем предпочитают публично не говорить.
Все слова, что были во всеуслышание сказаны высокими сторонами лично, а потом подхвачены в море комментариев и репортажей, почему-то не раскрывают главное. Не всегда, но очень часто.
А что главное? Это Крым.
Конечно, никто не торопится признавать его российским. Наверно, это не случится, пока Россия не победит объединенный запад в настоящей войне, холодной или горячей, либо не задавит конкурентов резко возросшей экономической мощью.
Далеко до этого, а войн и вовсе не хочется. Но Крым де-факто уже признан российским.
Прежде, при первом чернокожем президенте США, главным ответом на добровольное возвращение Крыма в родную гавань была попытка изоляции России – политическая и санкционная. Она фактически провалилась; по крайней мере, усилия отгородиться от России забором.
Безусловно, в этом сыграл не последнюю роль чемпионат мира по футболу. Особенно удачно сыграл товарищ Макрон. Сначала на экономическом форуме в Санкт-Петербурге, а потом во время футбольного чемпионата.
Ох, не зря, ливень пошел. Чтоб лучше запечатлелась в памяти картинка, где Путин вместе с остальными, в том числе с президентами Франции и Хорватии, награждает призеров финала.
А после случился саммит в Хельсинки. Там даже пиво выпустили, с Путиным и Трампом на этикетке.
Нас еще долго будут упрекать Крымом. Это станет своеобразным ритуалом, и, возможно, даже как-то неудобно будет общаться дипломатам, не сказав пару слов о полуострове. Мол, Крымнаш, а в ответ – отдайте, пожалуйста.
Однако ситуация с Крымом вынесена за скобки. Она теперь не мешает дальнейшим переговорам и сотрудничеству. Изоляция, о которой так долго говорили русофобы, сначала расползлась по швам, а сейчас и вовсе рассыпалась в труху. Великобритания только выбивается из общей картины. Но она не в счет, англичанка всегда гадит.
Это безусловный успех и геополитическая победа Владимира Владимировича Путина.