Здравствуй, Иви. Помнишь, я обещал тебе сказку на ночь? Пришло время рассказать ее. Но нет, нет, не радуйся раньше времени, в ней не будет доброго принца и болтливого злодея, в ней не будет ярких красок и смешных картинок. В ней будет страх, в ней будет, кровь, месть, боль и еще раз месть. А еще в ней будем мы с тобой, Иви. Страшно? Не бойся, сказка только начинается.
Помню, помню не зря пятый день ноября и заговор пороховой. Пусть проходят века, но печаль и тоска навсегда остаются со мной... Нет, это не наша сказка, наша началась иначе.
Ты уже не вспомнишь, моя драгоценная Иви, но началась наша сказка с войны. Ты тогда, в 1987-м, была маленькой и не помнишь уже, как взлетели в небо и опустились на землю ракеты. Как небо над Лондоном стало желто-черным, как реки вышли из берегов и за стенами настала лишь тьма. Ты только помнишь руки отца, который прятал тебя от мира, крики мужчин и женщин, выстрелы, звон битого стекла. Анархия, дорогая моя Иви, это называется анархия. В свое время девчонка-анархия дала мне намного больше, чем леди-правосудие. Она дала мне понять, что правосудие невозможно без свободы.
А в это время мир умер, девочка. Ты же помнишь, как мама сказала, что Африки больше нет. А потом прекратились поставки продуктов из Европы, потому что ее тоже не стало. Старушка Британия выжила, но какой ценой.
Цена выживания, дитя, была написана на нарукавных нашивках, отражалась в хромированных сапогах и выбрасывалась в воздух бодрым движением правой руки от сердца к солнцу. Новая власть, название которой произошло от пучка прутьев, казалась спасением, лекарством от всех болезней. А потом начались профилактические чистки. Ты же знаешь, как сперва с улиц исчезли африканцы, индусы, азиаты, а потом и мужчины, предпочитавшие женщинам других мужчин, и женщины, любившие других женщин. А помнишь фильм «Солончаки»? Актрису звали Рут, она любила розы и свою девушку. Но люди с нашивками на рукавах решили, что она лишняя в их правильном мире. От нее осталась всего одна клеточка, письмо карандашом на туалетной бумаге, но об этом, бедная моя Иви, ты узнаешь позже.
Но чу! Какая же сказка без прекрасного принца? Принц в нашей сказке не только прекрасен и умен, он человек богатый и со вкусом. Сквозь очищающее пламя он прошел, порядок старый повергает в хаос, чтоб из булыжников и паники затем порядок новый в мире возвестить. Он видит зло, что в Альбионе воцарилось: Глаз, надзирающий за всем и каждым, всеслышашее Ухо, юркий Нос, Рот, что вещает истину с экранов и Палец, что приходит в каждый дом. А есть еще Судьба — машинный бог, железо, которому подвластен целый мир...
Все, прекращаю, вижу, что утомил тебя высоким слогом. Пора мне рассказать о принцессе. А принцесса в нашей сказке ты, Иви. Ты, моя напуганная, потерянная девочка. Они вырастили тебя жертвой, Иви, они сделали из тебя пустое место, они убедили тебя, что и в душной бетонной коробке можно быть просто счастливым. Лжецы! Счастье — это тюрьма, самая страшная тюрьма. Ты родилась в тюрьме, моя принцесса, ты выросла в ней, но я покажу тебе решетку, я сделаю тебя свободной. Делай что хочешь, как говорил Алистер Кроули, и только тогда ты познаешь настоящую свободу.
Так в чем же суть сказки, спросишь ты. Суть в том, что принудительный порядок порождает удовлетворенность — мать беспорядка, прародительницу гильотины. Авторитарные общества похожи на групповое катание на коньках. Затейливое, механистически точное и, главное, ненадежное движение, а под хрупкой корочкой цивилизации бурлит ледяной хаос. И есть места, где лед предательски тонок. Наш принц, моя измученная Иви, проломит этот лед, ввергнет привычную реальность в хаос, чтобы на руинах старого строя вырос дивный новый мир. Ты слышишь, моя рано повзрослевшая Иви, этот самый громкий крик — тишину? Это тишина перед бурей, перед очищающими взрывами в Лондоне...
Ты уже спишь? Засыпай. Наша сказка заканчивается хорошо. Добро восторжествовало, герой отмщен и мчится на стальной ладье в лучший мир, зло повержено. Vi veri veni versum vivus vici.
Вот, видишь, я кладу книжку со сказкой на твой прикроватный столик. Да, в ней неказистые рисунки, мало цветов и много текста, это не твои любимые приключения красно-синего бойскаута и даже не похождения лучшего в мире детектива. Это книга для тех, кто не переключает каналы, когда начинаются выпуски новостей, книга в которой мало хамоватых и жизнерадостных персонажей. Видишь надпись на обложке — V значит Вендетта? Запомни это название и эти имена — Алан Мур и Дэвид Ллойд, запомни эту книгу. И когда окружающий тебя мир начнет походить на эту описанную в 1982 году реальность, то знай, что пришла пора извлечь из чулана маску Гая Фокса и напомнить всем, чем памятен день 5 ноября. ◼