«Он всегда точно знал, кто он такой – дизайнер, понимающий жизнь, стиль, <…> а также кто его покупатель, и чего он хочет. Настоящее удовольствие наблюдать, как развивается его радужная карьера»
Анна Винтур, главный редактор Vogue
Икона моды Мэтью Уильямсон, чью одежду носят Мадонна, Гвинет Пелтроу, Сара Джессика Паркер, Кирстен Данст и Николь Кидман, известен страстью к изучению мира. В своих многочисленных интервью он всегда подчеркивает желание уйти в долгосрочный отпуск и ездить в новые страны. Его заметный интерес к дизайну интерьеров, четко обозначенный в последние годы, – это очередное творческое путешествие в доселе неизвестную для себя область.
Мэтью с детства знал, что он хочет стать не космонавтом, не членом парла-мента, а именно дизайнером. Может быть, именно поэтому он стремительно ворвался в профессию. В 1994-м году он получил степень бакалавра по специальности «Текстиль», окончив Центральный колледж искусств и дизайна имени Святого Мартина в Лондоне, а уже через 3 года создал собственный бренд и выступил на Лондонской неделе моды с коллекцией «Электрические ангелы». На подиум в его нарядах выходили Кейт Мосс, Джейд Джаггер и Хелена Кристенсен. Как он заручился их поддержкой, для многих было загадкой. Автор отшучивался, что девушек на подиум завлек не он, а его шарфы и расшитые бисером сумки: «Они любят эти штуки куда больше, чем парней». Мэтью на тот момент было всего 26.
В годы, что разделили окончание колледжа и триумф на Лондонской неделе моды, Мэтью набирался опыта в Monsoon. Тогда и родилась его связь с Индией – сеть магазинов специализировалась на одежде с этническими мотивами, и англичанину часто приходилось совершать деловые поездки. Мэтью проникся местной культурой и однажды разработал модель шарфа из индийского шелка, который подарил одному из редакторов Vogue. В итоге он появился на его страницах за полгода до Недели моды.
В отличие от Кристиана Лакруа, которого он сменил (ненадолго) на посту креативного директора итальянского модного дома Emilio Pucci в 2005-м году, путь Уильямсона никогда не казался путем взлетов и падений. Только поступа-тельное движение вперед. Номинации в 1999-м и 2000-м на «Дизайнера года» по версии British Fashion Awards, сотрудничество с Coca-Cola, запуск фирменного магазина на Bruton Street (Mayfair), победа в 2005-м на Moët et Chandon Fashion Tribute, постоянное участие в Неделе моды в Нью-Йорке с 2002-го года. К 2007-му Уильямсон – признанный модельер, и лондонский Музей дизайна делает в его честь ретроспективную выставку «Мэтью Уильямсон – 10 лет в моде».
Уже тогда Уильямсон не был представителем только фешн-индустрии. В 2003-м он начинает сотрудничать с The Rug Company, которая в том же году выпускает четыре ковра с дизайнерскими принтами из личных коллекций англичанина. Не забывает он и про основную деятельность: в 2000-х появляются его фирменные магазины в Нью-Йорке и Дубаи, в 2009-м выходит совместная летняя коллекция женской одежды и аксессуаров с H&M, а в 2011-м – коллекция сумок сезона весна-лето, разработанная в коллаборации
с Bvlgari.
Спустя два года Мэтью Уильямсон решил по-настоящему с головой окунуться в мир дизайна интерьеров – ему всегда было интересно создать лайфстайл-бренд. Он начинает ежегодно выпускать именные коллекции тканей и обоев для компании Osborne & Little. В 2013-м выходит его дебютная работа – Eden.
Как рассказывает сам Уильямсон, в новой для себя сфере он продолжает реализовывать те идеи, которые начал продвигать еще в мире моды. Лицом дебютной коллекции становится линейка Sunbird, на которой экзотические птицы летают среди райских кущ. Тема рая и экзотики – как раз одни из тех, по которым узнают фирменный почерк дизайнера, однажды сказавшего, что ему хочется, чтобы женщины чувствовали себя в его нарядах как павлины. И если попугай стал символом бренда Gaston y Daniela, то у Мэтью Уильямсона вы найдете не одну линейку с роскошными перьями величественной райской птицы. Перекочевали и другие хобби Уильямсона в эти коллекции. Например, страсть к путешествиям особенно явно выразилась в Cubana, вдохновленной Кубой, и в Durbar, в которой дизайнер тонко показал свою любовь к индийской культуре.
Но было бы несправедливостью рассуждать исключительно о тематических особенностях творчества этого человека. В не меньшей степени он известен как колорист, недаром его называют королем принтов. Для Уильямсона еще в фешн-индустрии была характерна нарочитая игра на контрастах. Поэтому он спокойно смешивает зеленый с оранжевым, салатовый – с розовым, а теплые тона с холодными. Как признается модельер, он – импульсивный человек. Например, входя в помещение, сразу начинает мысленно красить стены в нужный цвет. Единственное, чего не приемлет – это помпезности. Эта нелюбовь кроется в его нежелании ограничивать себя определенными стереотипами. Уильямсон слишком ценит свободу, чтобы намеренно загонять себя в рамки условностей. И страсть к путешест- виям, из которых он черпает вдохновение для новых работ, тоже вид свободы – свободы передвижения. К счастью, он не страдает забывчивостью: «Я коплю в памяти все увиденные хоть раз краски и потом выбираю из них с той же легкостью, как если бы я листал в магазине каталог». Уильямсон – настоящий визуал,поэтому неудивительно, что иногда он любит играть со своим покупателем. Любовь к зрительным обманкам проявилась, например, и в последней коллекции для Osborne & Little – Belvoir. На принте Ceramica расставленные вразнобой тарелки выглядят как настоящие.
С недавних пор Уильямсон не только успешный дизайнер, но и декоратор. Помимо прекрасных квартир в Лондоне, ему принадлежит облик люкса для новобрачных в Aynhoe Park в Оксфордшире и дизайн летнего двора для культового отеля Blakes в Лондоне. Но, пожалуй, самым дорогим для него проектом стал Nama Bar на Мальорке. Владельцы азиатского ресторана были поклонниками его стиля, а дизайнеру показалось забавным создать в испанской глубинке что-то вроде британского джентльменского клуба, но при этом «темного, интимного и немного сексуального». Получилось действительно так. И, кстати, в этом местечке нашлось место не только уильямсоновским обоям и тканям, но и текстилю от Osborne & Little.
Этот год в очередной раз закончился благоприятно и весьма насыщенно для Мэтью Уильямсона: создание Nama Bar, двадцатилетие собственного бренда, работа над грядущей коллекцией ароматических свечей, появление на свет роскошной коллекции платьев, обоев и тканей Belvoir и выход в печать книги-раскраски со своими принтами. В фешн-индустрии Мэтью Уильямсон уже давно гигант. В мире дизайна интерьеров он фактически только начинает свое движение (только в прошлом году в коллаборации с Duresta он запустил первую линейку мебели). Как показывает практика, англичанин обходится без шагов назад.