Шел уже второй год войны. Наша стрелковая дивизия должна была заменить другую на линии фронта. До места назначения оставалось пару дней и попали мы в глухие непролазные болота, по которым в мирное даже не всякий грибник отправится.
Благо был уже конец сентября и местами из-за погоды земля уже порядком промерзла. Однако погода все равно не миловала и хотя бы раз в день обдавала нас холодным дождем, от которого зуб на зуб не попадал.
В тот момент спасала только шинель и папиросы, которых катастрофически не хватало.
По ночам уже наблюдались заморозки и нам приходилось жечь костры. Согревали они не сильно, но и засыпать в холоде не давали и это радовало.
Вся дивизия передвигалась небольшими отрядами по 30-40 человек. Мой отряд шел одним из последних. На ночь мы оставляли 3-4 человек, которые несли наряд по очереди и следили за тем, чтобы огонь в костре не погас.
Так как мы находились на своей территории и далеко за линией фронта, особой опасности ожидать не приходилось, тем более мы знали, что в нескольких километрах от нас идет следующая группа.
В тот день я не нес наряд, а отдыхал в нескольких метрах от костра. Для этого оборудовал себе небольшую лежанку и надергал целую кучу еловых веток, которые постелил на землю.
В итоге получилась очень теплая постель и я заснул спустя несколько минут, под разговор двух однополчан, которые обсуждали друг с другом мирное время.
Я настолько пригрелся, что проснулся одним из последних. Крики вокруг и сильный жар со стороны спины заставил меня немедленно вскочить на ноги.
Я увидел, как Мишка, который в эту ночь должен был нести наряд, бегает вокруг горящих вещей и сильно матерится.
Естественно в стороне остаться я не мог и начал вместе с ним тушить пожар своей шинелью.
С пламенем мы справились быстро, однако шинелька моя сильно обгорела. Она без того была изрядно протерта, но сейчас и вовсе была потрепана.
С этой проблемой я отправился к старшине. Он сурово на меня посмотрел и сказал: «Делать нечего, беги теперь за продовольственными машинами». К слову сказать эти машины уже были в пункте назначения и все вещи со склада, были на них.
«Товарищ старшина!»- пробормотал Я.
-Я ведь замерзну раньше, чем успею добежать, гляньте дубак какой!?-
«И впрямь верно!»- пробормотал старший.
«Ладно, пошли, будем кумекать как тебе спасать!»
Старшина у нас был серьезный мужчина, но своих людей никогда не бросал и думаю если бы в тот момент ничего не смог найти, то скорее всего разрезал бы часть брезента с машины, нежели оставил бы меня помирать.
«Вот, самое то!»- сказал старшина и протянул мне старую овечью шкуру.
«Подшей себе ее под спину, будет как у печки тепло»
Он дал мне моток капроновых ниток и большую иглу. Всю оставшуюся ночь я подшивал кусок овчины и в итоге к утру уже был в обновках.
Обновленная шинель так и осталась со мной и еще грела меня эти долгие 3 года войны.