Живет в нашей деревне непутевый мужик Архипка. Нигде никогда не работал, жил на материнскую пенсию.Не женился никогда, да и по бабам не таскался. Даже бойкие деревенские вдовушки и разведенки на порог не пускали. Презирали его земляки за лень и вредность характера.
А уж приврать-прихвастнуть был горазд - медом не корми. В красках расписывал, например,как он доблестно в армии служил и как его умоляли остаться на сверхсрочную, типа, такие люди нашим вооруженным силам нужны.
- Да кто же в это поверит?! Ведь все в деревне знают: за какое бы дело Архипка ни взялся,- обязательно испортит и тут же открестится, дескать, он не причем, все вокруг плохие – один он хороший. С этим пустомелей связываться – себя не уважать, - говорили мужики.
Годы шли, Архипке уже полтинник исполнился, когда старушка-мать умерла. Замужние сестры помогли продать ее домик и перебраться в поселок. Купили ветхую избушку-развалюшку на окраине, а дальше – «Живи, как можешь, братец. Кушать захочешь - на работу устроишься».
Он и устроился на минималку - сторожем. Не сильно ему ходить на дежурства по вечерам хочется, но что делать - другого источника дохода нет.
Тогда надумал Архипка жениться. Подал объявление в службу знакомств областную и... почувствовал себя впервые завидным женихом.
Соберутся мужики вечером за картами, Архипка тут как тут, подначивать начинает: - Ну что, Семеныч, досталось тебе от Галюни? Я слыхал, как она утром на всю улицу ругалась. Уж чем же ты ей так не угодил?
А от тебя, Серега, говорят, Татьяна к матери ушла - обиделась. И что ты делать собираешься? Просить прощения? В ноги падать, чтобы вернулась? Подумаешь, какая краля! Ты себе, если захочешь еще получше найдешь, сейчас – это не раньше, в специальной службе помогут без проблем. Пораспустили вы, мужики, своих баб, слишком много воли дали, вот и вьют они из вас веревки. Берите с меня пример – их у меня сейчас, как грязи: письма пишут, фотокарточки шлют, каждая понравиться хочет. В нашем возрасте одинокий мужчина – на вес золота. Я – не алкоголик, не бомж, не инвалид, в тюрьме не сидел. Мне и с двумя высшими образованиями пишут, и городские бездетные дамы с квартирами, и даже подполковница милиции. Это вам не хухры-мухры Вот ведь не даром говорят: «какая барыня не будь…», каждой счастья и мужского тепла хочется.
А я еще поперебираю, покопаюсь в невестах. Если уж брать, то самую лучшую. Но и на всякий случай в резерве нескольких иметь не помешает.
Вот на субботу сразу четверым в городе свидание назначил, через каждый час. Там теперь уж дамочки по парикмахерам бегают для встречи со мной кудри завивают. А вы держитесь за своих куриц, которые ценить вас не умеют! – с победным видом провозглашал Архипка.
- Балабол ты и пустомеля, - отмахивались мужики, - ты сначала в дом жену приведи, а потом ею хвастайся.
Но все же ожидали, как Архипка из города вернется. Пришел он с остановки хмурый и поникший, видно, не польстились на залежалый товар городские невесты.
- Только деньги на автобусный билет напрасно потратил, - сетовал незадачливый жених, - ни к чему мне эти дамочки с претензиями, цацы городские. Теперь только деревенским отдам предпочтение – они работящие, скромные, непривередливые, к мужику уважение имеют.
Да буду настаивать, чтобы сами ко мне приезжали знакомиться, на месте быстрее разберемся.
Женщин одиноких много, найдутся и такие, кто рискнуть не побоится, чтоб личное счастье устроить. Как бабочки на мед слетятся, вот увидите, - убеждал холостяк мужиков-картежников.
Те только недоверчиво хмыкали.
Очень они были удивлены, когда стали к Архипке одна за другой невесты съезжаться.
А уж тот пуще прежнего кичиться – бахвалиться:
- Приехала одна толстушка, вся из себя такая культурная.
А я ей в лоб: "Ты себя в зеркале-то видела? Настоящая кубышка! Я же писал – ищу не склонную к полноте. Проваливай восвояси!"
Она покраснела: "Вы бы хоть поговорили со мной, я хорошая".
А я на своем стою: "Мне надо, чтобы была и хорошая, и пригожая".
Залилась слезами бабенка - и на остановку.
Следующая приезжала: и фигуристая, и в работе проворная: сразу мне полы помыла, печку подбелила, пирогов настряпала. Но как узнал, что у нее трое детей, сразу проводил, не раздумывая: ни к чему мне на шею оглоеды.
Нескольких женщин приглашал Архипка, а потом выпроваживал, не по нраву они ему приходились.
Но кто ищет – то всегда найдет. Отыскалась и ему подходящая. Уж он ходил по деревне гоголем, хвастался:
- Моя Настасья Петровна – настоящий клад: по экстерьеру – чисто барыня, заботливая, деловая, на крутой машине ездит, а уж в постели – огонь!
Действительно, взялась молодайка основательно жизнь устраивать. В домишке ремонт сделали, забором огородили, кроликов породистых завели… Все по хозяйски.
Архипка на переднем сиденье крутой супругиной машины сидит, на всех знакомых королем смотрит:
- Смотрите, какую я себе отхватил, и завидуйте!
Мужики только плечами пожимали:
- Дуракам везет! Неужели не рассмотрела женщина бестолковую Архипкину натуру? !
Спустя какое-то время хваленая супруга исчезла бесследно. Расстроенный муженек даже на розыски было кинулся. Но тут пришли приставы и наложили арест на скромное его имущество. Оказывается, была Настастья Петровна самой что ни на есть аферисткой. Она Архипке быстренько мозги запудрила, брак с ним зарегистрировала, а что вся в долгах как в шелках – даже и не заикнулась. Набрала ссуд под грабительские проценты, все их на законного супруга оформила. А денежки себе забрала - на расходы.
В один прекрасный момент подговорила она Архипку кроликов порезать, решили сдать мясо, чтобы обновки к зиме купить.
- Ты не беспокойся, дорогой, - говорит,- у меня в городе связи: я сама с реализацией справлюсь, а тебе денежки на блюдечке с голубой каемочкой привезу.
Уехала - и не возвратилась. Ищи теперь ветра в поле!
За долги ободрали Архипку как нитку, остался он как есть бомж: ни кола и ни двора.
Пришлось одной из сестер его к себе во времянку забирать. Но, видно, не слишком он там нужен, помощник то по хозяйству из братца никудышный, вот она и разговор затеяла:
- Если бы нашлась где в деревне одинокая сердобольная женщина, может, приютила бы тебя, Архип. Вдвоем веселее, холостяки на дороге не валяются.
Архипке хоть и деваться некуда, а все равно хорохорится:
- Чтобы я с бабой связался? Да никогда в жизни. Захочу, их столько найдется – только свистни. Да только свобода мужику – дороже всего!