Память - это то, что нельзя убить, нельзя от нее уйти. Память о наших близких помогает нам жить и двигаться вперед, что бы ни ждало нас впереди...
Я помню, Сережа, как увидела тебя в первый раз. Это было в новой компании ребят, куда меня привела моя подруга. Твои карие глаза и ямочки на щеках, ямочка на мужественном подбородке заворожили меня с первого взгляда.
Я помню, Сережа, как ты пел нам под гитару. Мы смеялись, ведь ты не пел, а горланил, не попадая в струны. В общем, ни пения, ни игры, смех один. Зато ты был счастлив в то мгновенье. А я тем более.
Я помню, Сережа, как ты плакал, когда тебя бросила Ирка. Мужчины не плачут, я знаю, да и тогда знала. Ирка не хотела нормальных отношений, ей надо было, чтобы за ней много мальчиков бегало, а мне нужен был только ты.
Я помню, Сережа, как позвала тебя в гости, а ты пришел с ребятами и девчонками. Мы с тобой слушали «Иванушек», пока остальные были заняты только собой, ведь они давно разбрелись по парочкам.
Я помню, Сережа, как хотела с тобой целоваться, когда все вокруг целовались в подъезде. Вместо этого мы с тобой нажимали на звонок соседке и убегали на пару этажей вверх, а там хихикали в кулак. Это самые счастливые моменты в моей тогдашней юной жизни. Ты держал меня за руку, пока мы бежали.
Я помню, Сережа, до сих пор твой запах. От тебя пахло модным тогда одеколоном «Шаман» и еще чем-то таким чистым и мужественным, но не табаком. Тогда ты не курил.
Я помню, Сережа, как приходила к тебе на тренировки. Ты занимался тяжелой атлетикой, у тебя был такой смешной костюм, как купальник Бонифация из мультика. Я отводила взгляд от рельефов твоего тела, ты это видел и заливисто хохотал надо мной.
Я помню, Сережа, как мы с тобой впервые поцеловались. Еще бы это не помнить! Как и все, мы торчали зимним холодным вечером в подъезде, болтали о музыке. Звонок соседка-старушка сняла, а к остальным звонить было чревато, мы не так быстро убегали. В один момент я поняла, что замерзла и начала обнимать плечи в попытке согреться. Ты был в дубленке и обнял меня, чтобы согреть. Запустил в тепло под дубленкой. Я согрелась и немного потерлась лицом о твою грудь. Ты ко мне нагнулся, а я подняла лицо. Такого сладкого поцелуя больше не было в моей жизни. И не будет.
Я помню, Сережа, как мы гуляли с тобой летними теплыми ночами. А ночи-то совсем белые у нас. Гуляли и целовались постоянно.
Я помню, Сережа, как тебя забрали в армию. Это было осенью, шел противный колючий дождь, а я прижималась к тебе на перроне и плакала, размазывая по тебе слезы с каплями дождя. Я обещала ждать и знала, что дождусь.
Я помню, Сережа, как писала тебе письма в армию каждый день. Как получала от тебя твои послания и целовала странички, исписанные аккуратным круглым почерком.
Я помню, Сережа, как ты пришел из армии. Как я встречала тебя на перроне, плача и смеясь одновременно.
Я помню, Сережа, как мы поженились и поступили вместе в университет.
Я помню, Сережа, как ты ушел на войну в Чечню. Как я плакала без тебя, мой милый.
Я помню, Сережа, как ты вернулся из Чечни с седой головой и без одной ноги. Это было горе и радость для меня. Я счастлива была, что ты живой.
Я помню, Сережа, как ты пить начал. Какое это было ужасное время. На работу тебя не брали, но я старалась для нас двоих.
Я помню, Сережа, как ругались мы с тобой из-за алкоголя, как плакала я потом горько.
Я помню, Сережа, как ты выпил все снотворное в доме, пока я была на работе. И умер один в доме.
Я помню, Сережа, как убивалась твоя мама на похоронах.
Я помню, Сережа, я все помню.
И Артемка будет помнить, наш сыночек. Ведь я обязательно все ему о нас расскажу.