Среди более чем трехмиллионной аудитории Чемпионата мира, которые наблюдали за происходящим, был и Винсент Гюттебарж, бывший товарищ Амрабата по команде и главный врач международного футбольного союза FIFPro.
«Было очень грустно наблюдать такое, – рассказал он. – Методы медицинских работников подали плохой пример общественности, которой стоит больше знать о том, как вести себя в случае сотрясения. У меня было чувство дежавю – то же самое было в Бразилии 4 года назад. Ничего не изменилось».
На одном из матчей Чемпионата мира 2014 года игрок сборной Германии Кристоф Крамер, получивший сотрясение и явно находящийся в дезориентированном состоянии, продолжил игру после жесткого столкновения. Он явно не понимал, где он находится. «Это уже финал?», – спросил он судью. Этот эпизод вызвал бурные дискуссии относительно политики ФИФА по отношению к травмам головы у игроков, вследствие которых ассоциация внесла правки в свое руководство.
В разговоре с Rolling Stone, представитель ФИФА говорил о том, что «все командные медики прошли семинары, где получили детальную информацию и руководство действий в случае инцидентов, связанных с сотрясением головы у игроков».
Как бы то ни было, упомянутый выше матч в Сочи показал, что эта информация представляет собой скорее советы, чем жесткие правила, что подвергло ФИФА новой волне критики. За спектаклем, во время которого врачи пытались «оживить» игрока с помощью пощечин, последовало следующее появление игрока на поле в матче против Португалии – всего 5 дней спустя после больницы, из которой Амрабат выписывался не помня, что происходило в последние 6 часов.
«Я был уверен, что случай 2014 года станет поворотной точкой, но ФИФА, судя по всему, все равно, – говорит Тейлор Твеллман, нападающий «Нью-Инглэнд Революшн» и сборной США. После того, как его карьера оборвалась из-за сотрясения мозга, он основал фонд, направленный на создание реформ для снижения случаев головных травм в спорте.
«Судя по всему, для того, чтобы что-то изменилось, кому-то нужно будет умереть на поле, – говорит он. – Я перестал пытаться вести с ними диалог. Им это просто не интересно. И если их не интересует вопрос сотрясений, что говорить о CTE (Хроническая травматическая энцефалопатия)».