Однажды ночью 7 июля 1797 года жителей аула Гимры разбудили выстрелы. Оказалось, кузнец, аварец Денгав-Магомед палил в небо, празднуя рождение сына.
Правда, родился мальчик больным и ему, по местному поверью, поменяли имя с Али на Шамиля. Это был будущий имам, правитель Чечни и Дагестана.
Молодость Шамиля выпала на первые годы Кавказской войны, когда свою деятельность развернул генерал Ермолов, кнутом и пряником усмирявший горцев.
Казалось, к середине 1820-х годов Ермолов победил. Но все более набирал силу мюридизм...
Первым имамом, руководителем мюридов, стал Гази-Мухаммад. Он то впервые и объявил России газават — священную войну. Шамиль с детства был истовым мусульманином и без колебаний примкнул к Гази-Мухаммаду.
Шамиль уже тогда знал несколько языков, разбирался в богословии и обладал отличными организаторскими способностями. Так что, после гибели прежнего имама, проблем с выбором нового хозяина гор не возникло.
К началу 1843 года под рукой имама Шамиля находилась огромная территория, населенная полумиллионом человек. Жизнеустройство в имамате, государстве Шамиля, регулировал Коран — законы шариата. Запрещались вино, табак, музыка, танцы. Ограничивались старые обычаи и законы, например, закон кровной мести. Шамиль хотел, чтобы государство было справедливым, а общество лишенным неравенства.
Правда, закон устанавливался весьма своеобразно. Например, нос курильщика прокалывали и продевали в него веревку с листьями табака. Пьяницу окунали в чан с вином, пока тот не начинал захлебываться.
Однако общая атмосфера строгости была идеальной для создания сильной, боеспособной армии. Вся Чечня и Дагестан были под властью Шамиля.
Начальное образование при Шамиле было обязательно и общедоступно. Всячески поощрял военную миграцию, предоставляя русским дезертирам защиту и привилегии. В его столице, Ведено, даже появилась русская слобода, с церковью и священником. Его дворец и вовсе был построен русскими мастерами по европейскому типу.
Но горцы так и продолжали жить набегами и грабежами, а сам Шамиль не собирался прекращать войну с неверными вовсе. Он даже попытался захватить Западный Кавказ.
Вскоре на войну с горцами был направлен продолжатель традиций Ермолова — Барятинский. Этот военачальник сосредоточил огромные силы — около 200 тысяч человек, у Шамиля насчитывалось максимум 40 тысяч. Начиналось планомерное истребление мятежников.
В начале августа 1859 года была захвачена резиденция Шамиля в Ведено, позже и сам он в селении Гуниб попал в окружение. В ответ на предложение сдаться непокорный горец ответил, что "сабли наточены и рука готова".
Начался штурм. В итоге, Шамиль вынужден был сдаться. Во время ареста у него даже не забрали оружие в знак уважения. Он стал почетным пленником.
Шамиля отправили в Петербург. Россия удивила его.
"Проезжая через Ставрополь, я был поражен красотою города и убранством домов. Мне казалось невозможным видеть что-нибудь лучше, но приехав в Харьков и Курск, я совершенно переменил свое мнение"
Он с семьей был поселен в Калуге в большом доме с прислугой. В итоге Шамиль принял российское подданство.
Однажды в Стамбуле, в ответ на недоумение турок по поводу уважительного отношения Шамиля к русским, он ответил:
"Ваша правда... русский император заплатил мне добром за все то зло, которое я делал России, проливая 40 лет русскую кровь"
Скончался Шамиль в 1871 году в Медине, успев совершить хадж, о котором мечтал все последние годы жизни.