По данным немецкой авиаразведки, в районе Кронштадта в тот период находилось до 100 боевых кораблей, в том числе 2 линкора, 2 крейсера, 13 эсминцев, 9 канонерских лодки, 12 сторожевых кораблей. Крупнокалиберные орудия кораблей БФ, особенно линкоров «Марат», «Октябрьская революция», крейсеров «Киров» и «Максим Горький», представляли серьезную угрозу наступающим на Ленинград частям вермахта. Поэтому перед люфтваффе была поставлена задача их уничтожить. Операция началась 21 сентября 1941 года. На нее отводилось три дня, т.к. Гитлер потребовал перебросить авиацию из-под Ленинграда к Москве.
Однако, выполнить поставленную задачу люфтваффе не могло. Для гарантированного уничтожения тяжелых кораблей нужны были бронебойные бомбы большой мощности или самолеты торпедоносцы. К примеру, англичанам, что бы потопить «Тирпиц», понадобилась попасть в него тремя 5443 кг сейсмическими бомбами «Толлбой». У гитлеровцев не было ни самолетов-торпедоносцев, ни бомб достаточных по мощности для уничтожения тяжелых боевых кораблей. Кроме того, попасть бомбой со средних высот в корабль можно лишь случайно, а выполнять бомбометание с малых высот не позволяло активное противодействие советской зенитной артиллерии. Поэтому для уничтожения флота люфтваффе приняло решение использовать пикирующие бомбардировщики Ju 87 эскадры «Иммельман», против которых советские зенитки были малоэффективны. К началу операции в эскадре насчитывалось 30 машин из 80 по штату. Но, те модели Ju 87 которые стояли на вооружении «Иммельмана» были рассчитаны на доставку одной 500 кг. бомбы, которой невозможно потопить бронированной линкор или крейсер даже в случае прямого попадания. В своих мемуарах Рудель утверждал, что 16 сентября попал 500 кг бомбой в линкор «Марат», но она не причинила серьезных повреждений, и корабль своим ходом дошел до Кронштадта.
Налет на Кронштадт 21 сентября, в котором пикировщики использовали штатные 50, 250 и 500 кг. фугасные бомбы не принес результатов. Но, в этот день, подвезли 1000 кг. бронебойные бомбы PC 1000 ESAU и 23 сентября несколько наиболее подготовленных пилотов рискнули вылететь с ней на цель. Среди них был Рудель и командир 3 группы эскадры «Иммельман» капитан Эрнст-Зигфрид Штеен, для которого это был 300 боевой вылет.
В результате атаки, по словам Руделя, он поразил бронебойной бомбой линкор «Марат». Взрыв привел к тому, что корпус линкора раскололся на две части в районе носовой башни главного калибра.
Линкор затонул на мелководье по верхнюю палубу, поднят 17 сентября 1942 года. Остатки корабля без носовой части ввели в строй в середине 1943 года как несамоходную плавучую артиллерийскую батарею «Петропавловск».
По поводу гибели «Марата» советская и российская пропаганда породили множество безумных фантазий, не имеющего ничего общего ни с реальностью, ни со здравым смыслом. Вот, например, достаточно свежий образчик такой «развесистой клюквы» из газетенки «Кронштадтское время» №№ 6, 7 (258, 259) от 07.09 и 09.10.2004 г.
«23 сентября 1941 года. Ранним утром — двести двадцать фашистских самолетов в небе Кронштадта… Вскоре, воздушная армада разделилась: сорок «Юнкерсов» закружились в бешеной карусели, отвлекая на себя внимание зенитчиков, а сто восемьдесят пикирующих бомбардировщиков начали, заходя со всех сторон, бросаться на линкор «Марат» ...»
Напомню, что к началу операции по уничтожению кораблей БФ в эскадре «Иммельман» было всего 30 самолетов, но к этому времени один был сбит, а несколько получили повреждения и в налете 23 числа участия не принимали. Тактика применения пикировщиков предполагает так называемую карусель, когда самолеты становились в круг друг за другом и по очереди пикировали на цель. Так что Ю-87 заходили в одной стороны. Но дальше самое интересное. 180 пикирующих бомбардировщика атаковали «Марат» безрезультатно. Для сравнения, в первом налете на Перл-Харбор участвовало 89 палубных одномоторных самолета (40 торпедоносцев и 49 бомбардировщика). В результате их атаки одних линкоров было потоплено 4. Видимо, в отличие от японских пилотов, принявших свой первый бой, хваленые асы люфтваффе, у которых за плечами были уже сотни боевых вылетов, воевать не умели. Вопрос, а как тогда они за два месяца умудрились дойти до Ленинграда? Ответ напрашивается сам собой: только если их противник воевал еще хуже.
А дальше, по мнению автора сего историко-патриотического шедевра, произошло чудо-чудное: «Улетели вражеские самолеты… Стихло. Люди стали выходить из укрытий... Послышались ободряющие возгласы, робкие шуточки... Зенитчики отирали черноту своих лиц... Как вдруг, откуда ни возьмись, в черном, затянутом багровыми облаками, небе, послышался вой пикирующего бомбардировщика, свист бомбы и — страшный грохот…»
Что касается судьбы Руделя, то и тут у автора этой статьи есть свое видение истории. Оказывается, после окончания войны Рудель был осужден и получил двадцать пять лет за «причинения ущерба Краснознаменному Балтийскому флоту». Так, мол, ему, фашистскому гаду, и надо.
А на самом деле никакого суда над Руделем не было. В мае 1945 года он сдался американцам, и год провел в плену. В 1948 году переехал в Аргентину, где развил активную политическую и общественную деятельность. Затем вернулся в Европу.
Отчитываясь о результатах отражения немецких налетов 21—23 сентября 1941 года на Кронштадт, военные доложили о том, что сбили 35 самолетов противника, из которых 11 машин записали себе на счет летчики. В реальности потери люфтваффе были в 9 раз меньше.
По данным Бундесархива в г. Фрайбург, люфтваффе над Кронштадтом потеряли четыре самолета (два Ju 87 из StG2 («Иммельман»), зав. № 5735, 5836, и два Bf. 109Е из JG27 («Африка»), зав. № 3639, 4199) но, многие машины получили повреждения.
Чтобы спасти корабли флота от уничтожения, командование БФ приняло решение вывести их из Кронштадта в Неву, под прикрытие более мощной ПВО Ленинграда. До конца блокады корабли БФ вели обстрел немецких войск со своих позиций в черте города. Немцы вели в ответ интенсивный контрбатарейный огонь. Так на домах города появились знаменитые таблички: «Граждане! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна».