Часов в двенадцать ночи на полк Абрамова неожиданно обрушился мощный неприятельский артналет. Телефонная связь оборвалась. Можно понять, как туго приходилось нашим.
Всю ночь в эфире то и дело раздавался тревожный голос Абрамова.
— Контратака!
Немцы теснили батальоны Абрамова, к рассвету в наших руках оставалась половина села. К утру, когда бой приутих и мы сумели восстановить телефонную связь, наконец-то удалось поговорить с Абрамовым лично. Он был в крайней степени взволнован, голос его дрожал. Конечно, очень трудно отдавать обратно уже занятые позиции. Но что делать. Немцы контратакуют при поддержке танков, а обещанный комкором танковый полк еще не подошел.
— Успокойся, подполковник! — сказал я Абрамову. — Докладывай толком! Что намерен предпринимать?
— Вернем позиции, товарищ полковник! — заверил Абрамов.
В летнюю кампанию Абрамов показал себя способным командиром, поэтому я не стал выговаривать за временные неудачи, сказал коротко:
— Ладно, действуй!
Было ясно, что Хальч нужно освободить во что бы то ни стало и как можно быстрей. Иначе даже вся армия могла оказаться в очень затруднительном положении. Прямым ответчиком за Хальч был командир дивизии. И уже вот-вот могли мне позвонить, могли сказать: «За Хальч ответишь головой!»
И запросы пошли. Пусть не такого содержания, как я ждал, но пошли. Первым делом позвонил сам командир и приказал доложить обстановку.
Я, как мог, спокойно доложил о создавшемся положении.
— Ну, и что думаете делать?
— Готовим атаку.
— Это хорошо. Надеюсь, Хальч скоро будет нашим! — сказал генерал и повесил трубку.
Понравилась статья? Поставь лайк, поделись в соцсетях и подпишись на канал!