Найти в Дзене

Про Сонину случайную набожность

Вчера мы с Соней ездили в Вену, дабы полюбоваться на гробницы Габсбургов, а по пути вспоминали нашу провальную попытку посмотреть на какие-то святые мощи в монастыре в Черногории. Чтобы добраться до мощей, мы встали с раннего утра, часа два тряслись в автобусе, лезли в гору и стояли в дичайшей очереди.
Монастырь был в скале — крохотные кельи в камне, пароходы узкие, пролезать строго по одному. В порядке живой крестящейся очереди. Первой полезла (не без крепких выражений) Соня, побыла там минутку, а потом дали отмашку мне. "Наконец-то" — подумала я — "какие-то те самые мощи!". Влезла в темную келью и приготовилась к чуду. Не зря.
Первое же, что я увидела, поразило меня до глубины души: не особенно религиозная Соня с диким лицом рьяно крестилась и даже, кажется, клала поклоны перед бородатым батюшкой, а в углу мерцала гора золота и валялись какие-то тряпки. Пока я стояла, онемевшая, и наблюдала чудо Сониного обращения в веру, батюшка перекрестил и меня и стал деликатно пихать нас к в

Вчера мы с Соней ездили в Вену, дабы полюбоваться на гробницы Габсбургов, а по пути вспоминали нашу провальную попытку посмотреть на какие-то святые мощи в монастыре в Черногории. Чтобы добраться до мощей, мы встали с раннего утра, часа два тряслись в автобусе, лезли в гору и стояли в дичайшей очереди.

Монастырь был в скале — крохотные кельи в камне, пароходы узкие, пролезать строго по одному. В порядке живой крестящейся очереди. Первой полезла (не без крепких выражений) Соня, побыла там минутку, а потом дали отмашку мне. "Наконец-то" — подумала я — "какие-то те самые мощи!". Влезла в темную келью и приготовилась к чуду. Не зря.

Первое же, что я увидела, поразило меня до глубины души: не особенно религиозная Соня с диким лицом рьяно крестилась и даже, кажется, клала поклоны перед бородатым батюшкой, а в углу мерцала гора золота и валялись какие-то тряпки. Пока я стояла, онемевшая, и наблюдала чудо Сониного обращения в веру, батюшка перекрестил и меня и стал деликатно пихать нас к выходу — очередь, между прочим, ждет. Соня, перестав неистово креститься, налетела на меня аки коршун и стала требовать срочно — срочно! — найти денег и кинуть в некий ящик.
Я в панике стала рыться по всем карманам, нашла там нечто и тут же отдала. Скорее всего, среди монет там были конфеты и пуговицы, но в тот момент это не имело значения. После чего мы были торжественно выпихнуты на свет божий. Заняло все это меньше минуты, наверное.

После непродолжительного молчания я вдруг поняла, что забыла посмотреть на мощи — вместо этого я смотрела на Соню, немела и искала трясущимися руками деньги. Соня же, как выяснилось, в веру обратилась совершенно случайно и временно — когда она зашла в келью, она решила, что батюшка сделан из воска и стала его разглядывать как интересный экспонат. Батюшка сначала сидел неподвижно, не двигая ни одной морщиной на библейском челе, а потом внезапно вскочил и стал размахивать кадилом и размашисто ее крестить. В темной пещере, один на один — такой внезапный сюрприз не всякий бы вынес. Соню можно понять, это была самозащита. Ну, а в процессе я и зашла. Что было дальше, вы знаете.

Так вот и посмотрели на мощи, да. Зато в Будапеште мы подсветили таки руку Святого Иштвана. 200 форинтов и ты любуешься на отрубленную примерно 1000 лет назад копченую часть тела. Чудеса.