Версия Карамзина
По официальной версии, сложившейся благодаря трактовке событий светилом русской историографии Н. М. Карамзиным, дело было так.
Пока Иоанн Грозный предавался пирам и казням, его воеводы и ратники из последних сил отражали многочисленных врагов, нападавших на Россию со всех сторон. Трехлетняя война против поляков и литовцев стала весьма неудачной для России и самого Иоанна Грозного.
15 ноября 1582 года, во время переговоров о мире, царевич пришел к отцу и требовал, чтобы он послал его с войском изгнать неприятеля, освободить Псков, восстановив честь России.
Иоанн в гневе закричал:
«Мятежник! Ты вместе с боярами хочешь свергнуть меня с престола!» — и поднял руку.
Борис Годунов хотел удержать ее, но царь нанес ему несколько ран своим острым жезлом и сильно ударил им царевича по голове. Обливаясь кровью, царевич упал. Тут ярость царя исчезла.
Побледнев от ужаса, он воскликнул:
«Я убил сына!»
— и кинулся обнимать, целовать его, плакал, рыдал, звал лекарей, молил бога о милосердии, сына о прощении. Но было уже поздно. Суд Небесный свершился, наказав тирана за жестокосердие.
19 ноября царевич от полученной раны скончался. А царь Иоанн Грозный, обагренный кровью сына, в оцепенении просидел неподвижно у трупа без пищи и сна несколько дней.
Версия Валишевского
Историк Валишевский больше склоняется к версии, что роковой удар произошел не по политическим мотивам, а на почве семейного конфликта.
Будто бы Иоанн IV накануне встретил свою невестку во внутренних покоях дворца и нашел в ее наряде «некое непотребство», которое выражалось в том, что у беременной Елены не был завязан пояс. Ходить замужней женщине, даже беременной, нараспашку считалось срамом, а потому царь-батюшка вспылил и парой крепких затрещин попытался поучить Елену уму-разуму. Однако силушку не рассчитал, та упала, а ночью у нее случился выкидыш. Иван-царевич высказал папе свое недовольство, но тоже был бит. Причем смертельно.
Алиби царя
Однако в старинных летописях — Московской, Пискаревской, Новгородской и Морозовской — ничего не говорится об убийстве. Там лишь констатируется факт смерти царевича. А современные историки выстраивают алиби Иоанну Грозному на основе отсутствия у него мотива гневаться на сына. Например,
царевич умер 19 ноября 1581 года, а переговоры с Польшей начались только через месяц — 18 декабря. Получается, что Иоанн Грозный просто не мог конфликтовать с сыном из-за мирных переговоров, поскольку их не было в момент убийства.
Воспитывать невестку относительно ее домашних нарядов, оказывается, царь Иоанн тоже не мог. Семья царевича проживала в отдельном тереме царского дворца, ключ от которого был только у Иоанна-младшего. Так что бедная Елена просиживала свои дни в закрытом тереме за рукоделием, а не расхаживала по дворцу.
А творцом легенды, согласно которой московский царь порешил собственного сына, называют итальянского дипломата Антония Поссевина. Этот иезуит и папский легат хотел утвердить влияние Римской церкви в России, а для этого выступал за мирные переговоры между Россией и Польшей. Его замыслам особенно противился в царском окружении «ястреб войны» царевич Иоанн. С помощью бояр Поссевин якобы отравил царевича, а потом распустил слух о его трагической гибели от отцовского посоха. А спустя некоторое время, опять не без участия Антония, якобы был отравлен и царь Иоанн. Во всяком случае, еще за полтора года до смерти Иоанна Грозного этот дипломат извещал Венецианскую Синьорию, что «московскому государю жить недолго».
В 1963 году в Архангельском соборе Московского Кремля были вскрыты гробницы Иоанна Грозного и его сына. Ученые обнаружили, что в костях царя и царевича наличие ртути многократно превышает допустимую норму. На основе этих исследований сделан вывод, что их обоих отравили сулемой. Причем в останках царевича содержание яда в 32 раза превышает предельно допустимую норму. И это стало решающим аргументом современной исторической науки в опровержении факта убийства царем Иоанном Васильевичем своего сына.
Родители важнее детей
Любопытно, что во времена Ивана Грозного законодательство значительно суровее относилось к убийству родителей, нежели к детоубийству. Согласно Уставной книге Разбойного приказа, за отцеубийство полагалась смерть, а за убийство родителями детей назначалось «сидеть в башне в городе год и шесть недель, и после того приходити к соборной церкви и пост держати и грех свой объявити перед всеми людьми».