Теплая южная ночь. Дискотека в самом разгаре. Выхожу из клуба покурить и немного проветриться. Около входа какая-то безумная парочка бурно выясняет отношения. Чуть поодаль кучка подростков о чем-то переговариваются, нервничают — видать, не пустили. Возле стены — симпатичная девушка в коротком платьице. Познакомиться? Да нет, не стоит. На часы смотрит — похоже, ждет кого-то.
Присаживаюсь на ступеньки, прикуриваю, рассматриваю новую зажигалку. Поднимаю глаза… Вот это да! Передо мной стоит маленькая девочка, на вид лет пять-шесть, не больше. Гольфики, ярко-розовая футболка с забавной мышиной мордочкой на животе, светлая юбка, две косички. Обычная девчушка, хорошенькая, как все дети. Странно другое — откуда она здесь, возле клуба, да еще и темной ночью? И куда только родители смотрят? Бухают, поди, где-нибудь тут же, в кустах, а о ребенке и думать забыли. Хотя, конечно, на дочь родителей-алкоголиков эта малявочка не тянет: чистенькая такая, одежда новая, аккуратная.
В общем, стоит девочка и глазенками своими на меня таращится. Понимаю — спросить, должно быть, что-то хочет, но стесняется взрослого дяденьку. Завожу разговор первым: дескать, ты потерялась, наверное? Молчит, но не уходит. Так и смотрим мы с ней друг на друга. Снова пытаюсь выяснить, не заблудилась ли, не отвести ли к родителям, не случилось ли чего — куда там, молчит, как Зоя Космодемьянская.
Тут в кармане телефон завибрировал. Так и есть — друзья меня потеряли! Действительно, пора уже назад возвращаться, да и сигарета потухла давным-давно, но оставлять ребенка здесь одного — не по-человечески это как-то. Успокаиваю друзей, снова переключаюсь на девчушку… Вот только не на кого уже переключаться. Нет ее ни возле меня, ни где-то поблизости. Верчусь вокруг своей оси как юла — ну где-то же она должна быть, ей-богу! Спрашиваю у девушки: не видели, мол, тут малышку? Она плечами пожимает. Не видела. С тем же вопросом обращаюсь к парочке возле дверей, которая к тому времени уже, кажется, помириться успела. Тоже руками разводят: не видали, говорят, никаких девочек. Ничего не поделаешь, вернулся к друзьям.
А той ночью приснился мне сон. Та же самая девчоночка, та же одежда, те же косички… Сидит в какой-то траве и ручками землю копает. Причем так старается — прямо маленький экскаватор. Подхожу ближе, спрашиваю, ты, мол, что такое делаешь-то? Она отвлеклась, глазки на меня подняла и серьезно так говорит: «Могилку себе копаю». Я опешил и… проснулся.
Прошло еще несколько дней. Кошмар немного забылся, я списал его на впечатление, произведенное странной встречей с малышкой у клуба. И вот как-то открываю местную газету и вижу объявление — пропала девочка пяти лет. Ну и дальше, как обычно в таких случаях, имя, приметы, контактные телефоны. Перевел взгляд на фотографию, опубликованную тут же, и чуть в обморок не упал. С нее на меня смотрела та самая девчушка! Даже футболка та же самая, с мышкой. Раз сорок перечитал описания, фото до дыр засмотрел — сомнений нет, это она, я хорошо ее запомнил.
Что ж, кинулся к телефону, набрал номер, указанный в газете. Ответил женский голос. Я давай объяснять: так, мол, и так, у вас девочка пропала, а я ее видел три дня назад у клуба такого-то. И тут дама на том конце провода меня обрывает: «Простите, кого вы видели?». Я объясняю: «Девочку вашу видел. Ночью. У клуба…». «Нет, — говорит женщина, — вы, наверное, ошиблись. Не могли вы ее видеть. Мою дочь нашли. Две недели назад. Мертвую».
Короткие гудки. Я снова беру в руки газету, смотрю на дату выхода — а ведь и правда, номер-то почти месячной давности. Кое-как справившись с волнением, пошел на кухню, где тетя компот варила. Затеял какой-то разговор, плавно подвел его к тому объявлению в газете. Оказалось, действительно, месяц назад в их городе пропала пятилетняя девочка. Родители и милиция с ног сбились, на всех столбах объявления развешены были… Вскоре малютку нашли. Убитую, закопанную в сквере за тем самым ночным клубом…
