Я хотела взять ребёнка совсем не похожего на моих детей, чтобы глядя на него каждый раз не плакать в сердце о своих. Но…»
*******************************************************************************
Тут она замолчала и протянула мне фотографию. Со снимка на меня смотрели двое детей, мальчик и девочка. Девочка шатенка с голубыми глазками, а вот парнишка… зеленоглазый блондин.
На меня с фото смотрел как будто повзрослевший мой сынок. Сходство поразительное. Я начала понимать к чему весь этот разговор.
- «Нет, нет,- воскликнула я. – Я не отдам вам сына, вы что удумали?»
«Вы неправильно меня поняли,-торопливо перебила меня гостья,- я не прошу отказываться вас от ребёнка. Я прошу просто отдать нам его под опеку. У него будет все самое лучшее: игрушки, учителя, увлечения.
Вы сможете навещать его. Ваш сын получит отличное образование. В конце концов, неужели вы не хотите лучшей доли для своего ребёнка, чем ваша?? Что его ждёт здесь, с вами? Кем работает ваш муж? Пасёт в горах коз? И вы хотите, чтобы ваш сын тоже стал пастухом? Чтобы жил в нищете?
А так мы будем ежемесячно посылать вам некоторую сумму на ваше содержание. А отдав нам ребёнка вы и ему дадите шанс получить лучшее от жизни. И вся ваша семья будет жить в достатке, вы сможете дать образование и другим своим детям.»
Я оборвала её речь короткой фразой:
«Я очень вам сочувствую, но своими детьми не торгую.» и выставила за дверь, забрав с улицы Сашку.
Мне было очень страшно, что у меня украдут младшего сына. До темноты мы во двор так и не вышли, выглянуть за порог я посмела только когда с пастбища вернулся муж со старшим сыном.
Все ему рассказала, ожидая от него возмущений и одобрения моим действиям. Но к моему удивлению, Наиль пробормотал, что так может было бы лучше и отвёл от меня взгляд. Остаток вечера мы провели в неловком молчании и поскорее легли спать.
А утром узнаем новость, что вчерашние посетители все-таки не уехали от нас одни, с собой они увезли соседского мальчишку четырех лет, маленького Карима. Я была в шоке.
-« Что ты за мать? Как ты могла продать собственного дитя?» – вопрошала я соседку.
Галия, опустив голову, прошептала:
«У меня осталось ещё двое детей. Карим будет расти в любви и заботе, и остальным малость перепадёт. Не надо мучить меня вопросами, я это сделала ради детей, чтобы всем дать лучшую жизнь. Да и с Каримом мы будем видеться каждый год.»
Жизнь потекла по прежнему. Вот только Карима ближайшие десять лет не видели ни мы, ни его родители, так как мальчика увезли очень далеко, в далёкий город Санкт-Петербург.