Братья и сестры, сегодня мы с вами скажем несколько слов о непременном условии совершения чуда. Что необходимо, чтобы это было чудо, а не издевательство или насилие? Обратимся к священному тексту:
И не мог совершить там никакого чуда, только на не многих больных возложив руки, исцелил их
Итак, среди тех, кто знал Господа Иисуса Христа, чудес совершалось Им мало, потому что двери для чуда были закрыты. Они не видели в Нем того, кого нужно видеть – соответственно, Он не совершал чудес. Не потому, что был бессилен, а потому, что не хотел насиловать человеческую волю, и ломать человека сверхъестественными дарами и возможностями.
Здесь мы прикасаемся к одной очень важной вещи - столь тонкой, что хочется зажмуриться, как от прикосновения к зенице ока. Истинное, благодатное чудо предполагает большую милость к человеку, потому чудеса проливаются на прокаженных, горбатых, слепых, одиноких, бесноватых, хромых и прочих. Нужна какая-то милость к человеку.
Что-либо сверхъестественное без милости - это фокус, и очевидно, такими чудесами будет обладать свойство антихриста. Как фарисеи просили: «дай нам огонь с неба», так люди будут просить какие-то фейерверки, и прочую могучую ерунду: «а пусть земля задрожит - а пусть не дрожит; пусть дом разрушится - пусть обратно восстановится». Все эти вещи - это не чудо. Это сверхъестественные фокусы, которые совершают насилие над человеком. В чуде должна быть милость. Чудо чаще всего совершается тихо.
Кроме того, чудо требует веры от вопрошающего: «веруешь ли, что Я могу это сотворить?» - спрашивает Христос у некоторых людей, перед тем, как что-либо сделать им. Или, наоборот, повелевает им верить: «веруй и не бойся». Вера предполагает активное внутреннее волевое усилие человека.
Руки мои бессильны исцелять кого бы то ни было, глаза мои бессильны посмотреть на Бога лицом к лицу, ноги мои бессильны слетать в Иерусалим и обратно за полчаса - но у меня есть волевое усилие, я внутренне напрягаю сердце свое, и я верю, Господи, я верю.
Иногда так трудно верить, что есть и такие слова: «верую, помоги моему неверию». То есть, во мне одновременно борется вера и неверие, но я верую – сделай. Мне нужна милость, и я верую – сделай.
Если тебе нужна милость, и ты веруешь - тогда открываются двери для чудес. Если тебе не нужна милость, а ты хочешь фокуса, или тебе нужна милость, но у тебя нет веры - ты закрыт. Ты сомневаешься, ты малодушествуешь - тогда закрываются все переборки, плотно закрываются - и Господь не совершает ничего, потому что не хочет издеваться над свободной волей человека.
Он и по Воскресении Своем явился только тем, кто Его любил. А тем, кто распинал Его, по Воскресении не явился - для того, чтобы они не сгорели от стыда и ужаса, видя того, кого они осудили и оплевали - опять живым и во славе. Он жалеет человека даже в его богоборном упертом состоянии.
Таким образом, если мы спросим сами себя или окружающих: «почему чудес мало?» -ответ будет таким: потому что нет веры в людях. Есть желание чуда, есть желание каких-то сверхъестественных феерических чудес - но это не для того, чтобы обрадоваться и укрепиться в Боге. Это для того, чтобы повеселить свою развратную душу. «Род лукавый и прелюбодейный знамение ищет, и знамение не дастся ему». Если же вера настоящая, тогда дверь открыта – тогда Господу есть чем с нами заниматься.
