Про Японию, про их страну и культуру. Как надо любить свою страну, уважать друг друга. В малом и постоянно.
Помню, что было это давно. Даже очень давно, в первой половине семидесятых. Японский порт Ниигата игрой закономерностей стал моим первым иностранным портом. Не буду говорить, что Ниигата есть западная, есть восточная, она — в заливе Тояма. Ещё есть Тояма-Шинко и Фусики в «углу» залива, в бухте Тояма. Это всё география.
В то время в нашей прессе немало говорили про загнивающий капитализм, про ИХ многочисленные экологические проблемы. И про загрязнение водоемов, и еще много отрицательного.
В Ниигату пришли ночью, стали на якорь. Везде огни, везде реклама, везде сияние. С рассветом я пошёл посмотреть на нефтяные пятна (ожидаемые признаки экологического неблагополучия капиталистического морского порта). Пятен не видно. Мусора в акватории якорной стоянки — тоже не видно. Скучно стало и обидно за журналистов. Если не знаете, зачем писать, а если знаете, зачем врать. Обидно.
Был месяц март и число - восьмое. По законам нашего советского государства — праздник, День международной солидарности женщин. Вот меня и отправили в увольнение с судовыми женщинами. Их было трое: повар, доктор и буфетчица. Позже я понял, что с женщинами отправляли в увольнение или в наказание, или, как в моем случае, неопытных. Женщинам были интересны только магазины. Покупательная способность у нас была небольшая, но им интересно: что продают, сколько стоит. Вышли из очередного сверхмагазина с универсальной заманивающей рекламной вывеской «распродажа» и пошли в город. У меня желание город посмотреть, а у барышень сразу появились неотложные дела на пароходе. Пришлось подчиниться женскому большинству, (опять же — 8 марта). Напомню: март, весна, лужи и грязь тротуарная. Правда, в отличие от нашей, проходимая. Дорожное полотно без ям и выбоин-убоин, плотное автомобильное движение.
На обратном пути у перекрестка катит авто. Не авто, а вагон железнодорожный на колесах. Выхлопная труба диаметром не меньше полуметра, при этом никакого дыма из неё не видно. Мы прижались к обочине, грязь ведь - окатит нас этот монстр с ног до головы. Но чудо! Эта махина плавно тормозит и — уважительный жест водителя: «Проходите». Всё это сопровождалось доброжелательной улыбкой. Вот такой урок человеческого обращения получился. На пароходе мне объяснили феномен «отсутствия» выхлопных газов: защита окружающей среды. Дешевле будет продать автомобиль, чем платить штраф за нарушение закона о защите окружающей среды. Потом я не раз убеждался в неотвратимости выполнения карающей части японского закона. Нет смысла его нарушать.
По пути на судно мы натолкнулись на... секс-магазин. Я предложил спутницам зайти и познакомиться с продаваемыми товарами. Они замялись: не положено советскому человеку... Комиссар узнает - будут проблемы с визой. (Комиссар на грузовом судне — должность особенная, о ней надо отдельно рассказывать). Я успокоил, что не доложу, не продам. А потом за просмотр не расстреливают. Пошёл один, как на экскурсию. В магазине никого, и продавца не видно. Товары - много непонятного: плётки какие-то и пр. Был там автомат с картинками. Чтобы посмотреть, надо бросить сто иен. Я бросил. Автомат завертел картинки. Слышу шепот: «Дай заглянуть». Оглянулся. Батюшки-светы, они - трое. Пришлось еще три раза бросать монетки. И продавец объявилась: маленькая старенькая бабушка с морщинистым лицом. Заботятся о стариках в Японии. В том числе вот такой своеобразной работой обеспечивают - есть чему поучиться. Японские докеры работают слаженно, не ругаются, не матерятся. Только время от времени раздаётся свисток бригадира. На то, как они работают, кажется, можно было смотреть бесконечно. С тех пор с почтением и уважением отношусь к Стране Восходящего Солнца и её жителям. Только одно всё же не понравилось. Дым от производств, смог то есть. Дым этот за сутки до подхода появляется. Так вот значит!.. Не всё неправда, что наговорили, написали про плохую экологию наши журналисты...
Такие дела.