Вспоминается из тех лет и следующий момент. Я, красивая, гордая, правильная девушка (такой себя всегда ощущала), иду по улице Заречной в свой, как теперь называют, спальный район. Впереди вижу, как двое парней, идущие мне навстречу, остановились возле дерева и спрятались за него от тех, кто шёл сзади. В то время на Заречной росли, наверное, вековые тополя: их объём был очень внушительным. Парни о чём-то стали заговорщицки совещаться, потому как один, выглядывая из-за дерева, что-то сообщал другому. Второй стоял ко мне спиной, его действия не были мне видны, к тому же и расстояние между нами было не маленькое.
Вдруг раздался пронзительный визг, и я увидела, двух девушек, которых они по-видимому поджидали, как две девушки бросились от этих парней на противоположную сторону, а ребята разразились громким смехом. И тут я поняла, что один из них, просто среди белого дня, на центральной улице моего района, стал мочиться. Причём, крайней необходимости в этом не было: рядом был парк и общественные туалеты. Значит, ребята делали это ради своей бесстыдной забавы.
Что такое хамство? Это грубость, наглость на фоне безнаказанности. Моя душа всегда восставала против него. Потому, при видя этой картины, всё во мне закипело. Расстояние между нами сокращалось. Мысли, которые возникли у меня, были следующими: они пренебрежительно относятся к женщинам, упиваются своим превосходством; я что, тоже должна спасовать перед их наглой выходкой и перейти на другую сторону?.. Почему мне должно быть стыдно?! «Нет, не дождётесь!» – мысленно обратилась к бесстыжим и пошла прямо на них, а подойдя, без смущения произнесла:
– Я допускаю, что у вас недержание мочи, но нужно с этим как-то бороться, нельзя же так шокировать прохожих. Обратитесь к врачу. Вообще-то, люди стараются скрывать эту болезнь, а вы – напоказ. Странно как-то получается. Нужно заметить, что процесс, который страшно смутил девчонок, у него ещё не прекратился. Моё неожиданное появление, мои слова сделали парня багровым, он не знал, куда отвернуться, тем более, что перед ним стояла супер-девочка. Увидев его крайнюю растерянность, я смерила ребят высокомерным взглядом и невозмутимо продолжила свой путь.
Прежде, чем вынести резюме из сказанного выше, опишу ещё пару аналогичных случаев.
***
Дело происходило на морском пляже. Я, решив купить сынишке что-нибудь вкусненькое, направилась к лоточнице, которая торговала неподалёку. Издали увидела группу мужчин, которые, обступив её, женщину лет тридцати семи, громко смеялись. Подходя поближе, услышала её возмущённый голос:
– Да как вам не стыдно, такое говорить?! Вы хоть бы девчонки постыдились!
(С ней работала семнадцатилетняя практикантка). В голосе женщины чувствовались нотки обречённости, обиды и близость слёз. Но мужчины не унимались, они, как говорится, вошли в раж. Она защищалась, как могла, но её возмущение и отчаянье их только потешало. Один из них даже стал предлагать ей за определённые услуги три рубля.
Я подошла вплотную к лотку, тем самым оттеснив их. На услышанные сальные шуточки, неприкрытый цинизм, тут же среагировала, обратившись к самому крупному и разнузданному:
– Ну, во-первых, уважающий себя человек в таких трусах, как у тебя, постеснялся бы показаться на пляже. Ты же находишься в общественном месте, а не у себя дома, чтобы в семейных красоваться.
(Нужно заметить, что, начиная с шестидесятых, а тем более в восьмидесятые годы, все мужчины купались только в плавках. На тех, кто пренебрегал этим неписаным правилом, смотрели, как на чудаковатых. Купаться в семейных трусах могли позволить себе только старики). Тут же, заступаясь за него, мне отпарировал его товарищ:
– Да он потому ходит в таких, чтобы скрывать своё достоинство.
Я с вызовом бросила взгляд туда, где, по всей вероятности, находилось достоинство, и издевательским тоном произнесла:
– Да там ничего не может быть достойного. Он же сам назвал цену – три рубля: ему ж доплачивать ещё приходится, а с финансами у него, как видно, туговато, потому только мелочь и может предложить…
Я добавила что-то ещё, что именно, не помню, но самый молодой из той компании произнёс:
– Девушка, я не с ними, – и, отделившись от них, пошёл прочь. Видимо, он был добровольным слушателем.
Ни один из оставшихся троих не сказал мне ни одного грубого слова, а сразу все ушли. Ушли – молча, как говорится, поджав хвосты.
– Ой, спасибо вам! Какая же вы умница: за одну минуту сумели их отшить, а я двадцать минут выслушивала такие гадости, что не знала, куда себя деть!
Парень назвал меня «девушкой» не случайно: мне на ту пору исполнилось только двадцать четыре года. И унижать человека было (и есть) не в моих правилах, но именно униженное достоинство подействовало на парней отрезвляюще. Я действовала по их правилам, но с чувством интеллектуального и морального превосходства. Это была, своего рода, шоковая терапия.
Я силы зла стараюсь победить,
А с ними нелегко всегда сражаться.
Как в людях равнодушие изжить,
С Божественным началом – не расстаться?!
Не потерять любовь в потоке дней,
Среди фигур не затеряться плоских,
Держать в руке, сжимая всё сильней,
Священный камень – камень философский?!
Я одолела не одну ступень,
Мне, больше, чем другим, открылись тайны.
Я людям помогаю каждый день,
Я лекарем их стала неустанным.
Во мне Вселенской мудрости росток,
И нужно сохранить его стараться.
Дай силы духа, Всемогущий Бог! –
Я выхожу опять со злом сражаться.
(продолжение следует)
Подписывайтесь на наш канал