Андрей Вознесенский, русский поэт 20 века, о себе говорил так: “Мне с избытков хватало скандалов с властями и критиками”. И при этом недоговаривал, забывал дорогих коллег по цеху.
Как в СССР вышел его сборник “Мозаика” уму непостижимо. Ведь автор не был партийным, более того, в первых своих интервью принялся критиковать партию, сам Союз. Министерство культуры занесло Андрея в чёрные списки, где компания подобралась соответствующая — Евтушенко и Ахмадулина. А редактора, который выпустил в свет книгу, попросили уволиться.
Лидер страны, Хрущев, особенно невзлюбил Вознесенского. В 1963 году в Кремле решили устроить встречу с представителями творческой интеллигенции. Пригласили и Андрея Андреевича. На этом официальном мероприятии автор-шестидесятник произнёс речь, которую начал словами, что я, как и Маяковский, в партии не состоял, а вот договорить ему не дал Никита Сергеевич, который просто и понятно попросил господина Вознесенского убраться вон. Наглецу пообещали тут же выдать заграничный паспорт, но в последний момент оставили на Родине.
Когда прошёл слух о Нобелевской премии, то в родной стране тоже пустили слух про агентурную деятельность поэта, а потом и вовсе присудили Государственную премию. Опала опалой, но книги писателя продолжали выходить огромными тиражами, приносили хороший доход. Любили его творчество и за границей.
Не всегда получалось у Андрея Андреевича и с коллегами. Как-то в конце 70-х он решил подзаработать и обратился за помощью к композитору Паулсу. Вдвоём 2 гения быстренько написали шлягер “Барабан”. Крутили эту музыку по всей необъятной стране. Как сказал Вознесенский: “Я проснулся утром от шороха за окном, но то были не листья, а купюры”. Вместе с деньгами пришла и зависть. Композиторы и авторы песен принялись жаловаться чиновникам, мол Паулс с другом сплагиатили с гимна Израиля свой хит. Пытались запретить и “Юнону и Авось”, но не успели, стала слишком популярна, а потом и вовсе попалась на глаза режиссеру Марку Захарову. Ну и окончательно пара друзей заставили умереть всех злопыхателей песней “Миллион алых роз”, которую подарили Алле Пугачевой.
Примечательно, что именитый писатель не любил советскую власть, обличал партию, но никогда не позволял себе высказаться плохо в адрес чиновника, коллеги или критика.