Отзыв о фильме "Война Анны" (Россия, 2018) режиссёра Алексея Федорченко
Темнота - сцена - затемнение - новая сцена - затемнение. И так далее. Как открыть глаза. Открыть, когда пугающее наконец ушло, стихло. Затем - закрыть, чтобы не видеть, забыться.
Случайные образы, осколки её истории и Истории. Увиденные ею же. Анна - та, которой нет, её не должно быть. И потому смотреть - это значит быть? Смотреть и видеть - значит отменять свершившееся? Или это значит творить иную реальность, парадоксально сживающуюся с другой?
Это обучение наоборот. В стенах школы, открывающей свои кабинеты только по ночам и сужающейся до пространства камина днём. Это перевёрнутый мир. Искажённый. Зазеркалье, тёмное. Мир с другой стороны зеркала, там, где свет, - фрагменты чужого мира, чужих жизней, историй. Это не её кино. Не её война.
Её война - как карнавал. Карнавал в понимании виденного ранее теми, кто за совсем другим зеркалом/экраном. Детский взгляд Анны очерчивает и вырисовывает её собственную войну. Где тело и телесность, где слова заменяются шумом, а голос - сдавленным кашлем, рыданием. Её война - это низведение до исключительно чувств и ощущений.
Тело Анны становится Идеей в её нескончаемом проявлении. Но идеей, замкнутой в тавтологии чувств, коих немного. И потому война Анны равноценна войне как таковой, трагедия её тождественна всей трагедии на (Восточном) фронте, трагедии любой войны. Потому что низведена до основного. Следуя концепции фрактала, она одна проживает предательство, раскаяние, убийство, ненависть. Она - голое чувство. Чувство, которому не нужно слов. Для ненависти. Потому что надежды в темноте не разглядеть.
***
У войны недетское лицо. У войны нескончаемое число лиц. Значит, война не имеет лица. Война - только слово. Слово, преобразующее материю.
Анна - это война. Как и война - это Анна. И Иван. Анино детство - это картинки, которые не унести; сторожевые собаки повсюду.