Было одно время, лет так 5 назад, когда мама по утрам жаловалась на звонки в дверь. Звонили ночью, между 2 и 3 часами настойчиво и требовательно. Мама говорила, что каждый раз удивлялась, что кроме неё их никто из домашних не слышит.
Она поднималась, шла в прихожую и спрашивала, не спеша открывать, — «Кто там?!». И ответом ей каждый раз служила тишина. Дверного глазка у нас еще тогда не было, его таки сделали во время ремонта, 2 года назад, поэтому она внимательно прислушивалась, думая, что услышит шаги или шорох за дверью. Но тщетно — снова звонили, и снова не отзывались. И каждый раз мама не решалась открывать, и возвращалась в кровать. Утром, перед уходом на работу, она жаловалась мне и отцу, что снова кто-то приходил ночью, настойчиво звонил в дверь, и не отзывался. Отец, по натуре своей — скептик и юморист, говорил, что это приходила к маме из небытия совесть или призрак повышения зарплаты. Сама мама не решалась шутить по этому поводу. Я, так же как и отец, не слышала этих стран
Было одно время, лет так 5 назад, когда мама по утрам жаловалась на звонки в дверь. Звонили ночью, между 2 и 3 часами настойчиво и требовательно. Мама говорила, что каждый раз удивлялась, что кроме неё их никто из домашних не слышит.
Она поднималась, шла в прихожую и спрашивала, не спеша открывать, — «Кто там?!». И ответом ей каждый раз служила тишина. Дверного глазка у нас еще тогда не было, его таки сделали во время ремонта, 2 года назад, поэтому она внимательно прислушивалась, думая, что услышит шаги или шорох за дверью. Но тщетно — снова звонили, и снова не отзывались. И каждый раз мама не решалась открывать, и возвращалась в кровать. Утром, перед уходом на работу, она жаловалась мне и отцу, что снова кто-то приходил ночью, настойчиво звонил в дверь, и не отзывался. Отец, по натуре своей — скептик и юморист, говорил, что это приходила к маме из небытия совесть или призрак повышения зарплаты. Сама мама не решалась шутить по этому поводу. Я, так же как и отец, не слышала этих стран
...Читать далее