Экономический строй Рима значительно отличался от привычной нам системы. Главная же его особенность была в том, что земледелие, бывшее основой экономики, не являлось прибыльным делом. Владение землей было символом социального статуса и принадлежности к этиле общества, поэтому в земельные владения вкладывали деньги, заработанные в других областях хозяйства. Ни один из известных нам римлян не нажил крупного состояния на земледелии, основанном на использовании труда рабов. При империи единственным способом обогащения в рамках рабовладения стала государственная служба и связанная с нею доля в грабеже провинций и военной добычи. Римская агрессия, сметавшая все на своем пути, должна была обеспечить средства для поддержания жизни городской общины.
Но, со времен Траяна, когда Рим в последний раз покорил о ограбил соседей, поступление богатств в империю извне прекратилось. Крупный землевладелец, сдававший свою землю в аренду, нуждался в деньгах значительно меньше, чем хозяин рабовладельческой виллы, поскольку его арендаторы вели натуральное хозяйство, обеспечивая всем необходимым и себя, и хозяина участка. Ему не нужно было платить городской общине – только в казну императора. Однако, когда платить императору требовалось все больше, а выгод от его правления становилось все меньше, сенат решил самым активным образом вмешаться в политику. Рабовладельца в свою очередь, оказались в тисках жестокого экономического кризиса, утяжеленного инфляцией. Они стали жертвой порока, который был изначально заложен в подобной форме экономического уклада. Дело в том, что рабовладение, тесно связанное с денежным хозяйством, по природе своей несовместимо с развитием технического прогресса и машинной индустрии. В принципе, раб может использовать сложные технические приспособления и в свое время рабы, обладавшие соответствующей квалификацией, работали с их помощью. Однако сельское хозяйство, основанное на рабском труде, было несовместимо с крупными имениями, в которых можно было бы использовать и совершенствовать машины. В Риме существовало два типа рабовладельческих имений: мелкие и средние виллы, на которых работали 5-20 рабов, и крупные латифундии, на которых были заняты до несколько сотен рабов. Но латифундии просуществовали относительно недолго, поскольку использование рабов при обработке больших полей невыгодно и опасно – намного спокойней разделить владение на мелкие участки и раздать их арендаторам. В мелком же хозяйстве использовать машины невозможно из-за их высокой стоимости. Таким образом, какой-либо прогресс в рамках рабовладения был невозможен, и когда прекратились поступления средств извне, начался глубочайший кризис.
В таких условиях армия превратилась в ту силу римского общества, которая решила любой ценой сохранить рабовладельческий уклад, поскольку именно в нем заключалась основа ее существования. После выхода в отставку легионеры наделялись землей из фондов городских общин, а накопленные за время службы немалые денежные средства позволяли им обзавестись рабами и обустроить свое хозяйство, представлявшее собой виллу. Армия ни в коем случае не желала разрастания владений магнатов, которые захватывали земли городских общин, сажали на них колонов и подрывали основы агонизирующего рабовладения. Все это послужило началом открытого противостояния сената и армии, в котором последняя самим ходом истории была заранее обречена на провал. В этой борьбе постепенно под влиянием экономических причин ослабла городская община и растворилось сословия «чистокровных» свободных римских граждан. В результате, римская армия стала пополняться уже не за счет этой категории населения, полностью утратившей интерес к привилегиям ветеранов, в путем найма варваров. Служба в армии перестала был почетным делом, ее престиж упал, а вместе с ним пал и последний бастион рабовладения.
