Часть 1.
Шёл четвёртый день отпуска. На улице предательски моросил дождь. Так и хотелось кричать: «Где ты, солнце? Где ты, лето?» Короче, всё было плохо. Не задалось, так не задалось. С любимым разругалась. С мамой поссорилась. Папа вступился за маму и отругал меня. Переругались все вдрызг. Вот теперь сижу, жалею себя и любуюсь на бесконечный дождь в июле.
И это в июле! А так всё хорошо начиналось. Как только отзвенели новогодние фейерверки, я начала готовиться к отпуску. Все ведь знают, как отпуск проведешь, так и год проживёшь.
Не стану обманывать, я нигде не была. Сколько помню, всю свою сознательную детскую, подростковую и юную жизнь всё лето парилась на даче. Мама с папой заядлые садоводы-дачники. Уж им-то дороже их шести соток ничего нет. Как май наступает, так и роют и роют свои грядки.
Ну, хоть какой-нибудь толк бы от этого ещё был. Так нет же, мама назакатывает помидоров, огурцов, варенья, а потом ходит соседям и родственникам раздаёт направо и налево. Похваляется так перед другими тётками-хозяйками. А дома они в холодильнике киснут-киснут, стоят-стоят. Уже есть никто не ест, все наелись за долгие годы. Хоть бы что оригинальненькое сделала, но нет же, всё как всегда, как традиция велит. Помидоры соленые, огурчики маринованные, варенье переваренное. И ягод-то всего смородина да малина. Просила её: «Мама, давай вишенку посадим или ранетку полукультурку». Яблоки-то у нас не растут, холодно. Не на югах, чай, живем. Мама всегда отшучивалась, что нет ничего лучше своей местной ягоды, а всё остальное баловство одно. Короче, ничего нового и интересного на той даче не выращивают. А чего спрашивается тогда копошатся всё лето. Ладно бы сами копошились, а то и меня всегда с собой тащат.
Хочешь, не хочешь, можешь, не можешь, а вперёд, попой кверху и на грядку. Да я бы рада помочь, не такая я уж и бессердечная, если бы хоть какой-нибудь отдых-продых давали. Но как только пятница, болеешь, не болеешь, планы, не планы, сумки в зубы и вперёд на электричку. И так каждое лето.
Когда я маленькая была, много грядки полоть не заставляли. Всё ж ребёнок, поиграть немного надо, побегать. А как только тринадцать перевалило, всё, детство кончилось. Наравне со взрослыми, морковку сади, грядки поли, капусту полей. А там кабачки, а там тыква, редька. А уж про картошку отдельная песня. Соток десять каждое лето отдельно распашут, и роешь землю с утра до вечера.
Я и говорю, всё бы ничего, я и поработать согласна, помочь то есть. Если бы, ну, хоть сколечко времени мне на личную жизнь оставляли. Я ведь девочка всё же. Мне уж двадцать первый годок пошёл. «А женихов всё нет и нет. Нет принцев, нет царевичей, нет знатных королевичей». Да какие там царевичи-королевичи, если школа – дача, университет – дача. И всё. И не надо мне царевичей, мне б Ванюшку какого, простого, нашего, простонародного. А то только и слышу круглый год: «Дача. Дача. Дача». И тем для разговора-то никаких нет, у родителей только дача на уме, семена, ростки, отростки, ну и, всё тому подобное.
Продолжение следует.