Армения 8 часть
Тот, кого не беспокоит непрерывный поток желаний, подобен океану, который никогда не выходит из берегов, хотя в него впадает множество рек. Только такой человек способен обрести умиротворение, но не тот, кто стремится удовлетворить свои желания.
(Б.Г. 2-70)
День отправления в Персию. Я покидаю форпост Закавказья и начинаю новую главу.
Позавтракал я отменным сужуком, купленным в Мегри (в Грузии он называется чурчхела): очищенные грецкие орехи нанизывают на нитку и опускают в виноградный джем, оставляют на два месяца – и сладость готова.
Расстояние до границы – приблизительно десять километров. По правую руку протекает река Аракс, а вдоль горных цепей можно увидеть остатки насыпи железной дороги. В советские времена она связывала Азербайджан и Армению, но после Карабахского конфликта железнодорожное сообщение было нарушено и больше не возобновлялось. В 90-е годы полотно разобрали, некоторые туннели с тех пор обветшали и обрушились.
По пути пограничники несколько раз спрашивали у меня документы и интересовались, почему я иду пешком.
– Границу пересекать пешком запрещено, – сказал солдат.
На что я ответил:
– Тогда, думаю, мне действительно стоит позаботиться о решении этой проблемы. Как вариант, могу выдолбить из стены колесо.
Парень махнул рукой и, улыбнувшись, сказал:
– Ладно, проходи.
Спустя две минуты остановилась белая нива с добродушным армянином за рулем. Он предложил докинуть меня до границы. Вначале мы остановилась в небольшом кафе-бистро, принадлежавшем моему спутнику. Оно располагалось у самой обочины дороги со стороны Аракса. Агаван убеждал меня отказать от идеи одиночного путешествия и большой опасности грозящей иностранцу в Иране. Вся философия моего нового друга о реальном положении дел базировалась на газетных статьях и телевидении, которые хаотично перемешались в его голове. Вдобавок обострилась ситуация в граничащей с Ираном Сирии. Вспомнилась дипломная работа моей хорошей знакомой из города Кингисепп на тему «Манипуляция в прессе и инструменты воздействия на толпу». Мне стало искренне жаль Агавана: он, несмотря на военное прошлое, был переполнен страхом.
Беда этого мира в том, что нужно настрадаться, чтобы прийти к счастью. Ведь что такое страдание? Это напряжение в уме, избавление от которого мы считаем счастьем. Но в действительности и то, и другое являются лишь двумя сторонами одной медали. Эта программа в нас с рождения. Влечение и отвращение — это то через что мы постоянно пропускаем каждую ситуацию в нашей жизни, постоянно сверяясь со самскарой в нашей голове или, другими словами, с подсознательной памятью. И познание истины — это способность подняться над двойственностью, что в конечном итоге может сделать человека по-настоящему счастливым.
Мать Агавана угостила меня слегка сладковатым холодным кофе «Антесто» и спелой сочащейся хурмой размером немного большим, чем теннисный мяч, с приторно-медовым вкусом. Спустя пятнадцать минут мы вернулись к машине, и Агаван с ветерком доставил меня до ворот погранпоста, где мы попрощались. Таможный контроль прошел достаточно легко: формальный осмотр содержимого рюкзака через металлодетекторы, два штампа в паспорте с Армянской и Иранской стороны – и я в Иране.
