Зинаида Самуиловна была провинциальной актрисой. Больше провинциальной, чем актрисой. Закатки у неё получались намного лучше, чем исполнение Дездемоны. Но тем не менее, именно благодаря хозяйским навыкам она была шесть раз замужем. И это только официально. Не каждая столичная актриса может похвастаться таким опытом.
Но прошли годы и чёрных волос на голове становилось всё меньше. А сторонников ревнивого мавра в зале становилось всё больше. После того, как под одобрительные возгласы зрителей Отелло в пятый раз задушил шестидесятилетнюю Дездемону на бис, Зинаида поняла ей пора уходить на пенсию.
О средствах она не беспокоилась. У неё было три сына. Все они, несмотря на разные способности, желания и отчества, стали зубными врачами. Старость была обеспечена деньгами и уважением. Все подруги, родственники и соседи знали куда обращаться за дешёвым пломбированием.
Но душа Зинаиды требовала драмы. Первый пенсионный месяц она с тоской ходила по клубам для тех, кому за пятьдесят и играла в русское лото с такими же неприкаянными старушками. Во второй месяц она пыталась построить любовь с ровесниками. Но старички не выдерживали страсти темпераментной актриссы и увиливали от отношений при помощи неплановых инфарктов.
Лишь на третий месяц Зинаида нашла отдушину. Поликлиника. Болячек у неё за долгую жизнь накопилась целая уйма. И все требовали уникального подхода. Но ей интересно было не само лечение, а общение в очередях.
Конечно, не сразу всё шло гладко. Сначала надо было найти подходящее время. Оказалось, что в обед людей почти нет и общаться особо не с кем. Зато по вечерам…. Вот где было истинное раздолье.
Люди приходили уставшие и голодные. А Зинаида наоборот свежая, отдохнувшая и перекусившая. Когда в очереди возникали путаницы и бывшая Дездемона брала власть в свои опытные руки и распределяла первенство.
Когда всё шло гладко, Зинаида сама их устраивала. Это было довольно просто сделать: сперва занимаешь очередь, затем отходишь на некоторое время, чтобы подошли новые пациенты. И тихонько возвращаешься. Кто новый подходит, ему тоже тихонько, буквально на ушко: «я последняя». И всё. Через пять минут выясняется что последних несколько, и кто из «последних» первый — не понятно.
Но особенное удовольствие — это устроить небольшой скандал. Это, конечно, сложнее. Для начала надо найти подходящего оппонента. Мужиков лучше не выбирать, они слишком уступчивые. Ты им «я тут занимала», а они вместо того, чтобы спорить, вперёд пропускают. Женщины, тоже не все подходят. Молодые, больше в телефон смотрят, чем по сторонам. А старые — быстро выдыхаются. Сорок, сорок пять лет — вот самый подходящий возраст.
Заприметишь такую женщину в холле, и тихонечко за ней. Она только только спросила, кто последний и на лавочку присела — а Зинаида тут как тут. Сперва вежливо, «кто крайний». Потом уверенней: «А у вас по талону?». И так по-тихоньку, по-маленьку, можно и ругаться начинать.
На выходных, конечно, поликлиники были закрыты, зато в запасе оставалась почта. А у бывшей актрисы одних только двоюродных сестёр пять штук. И каждая норовит открытку отправить, или даже носки. А уж бышие мужья тем более подарками осыпали женщину. Потому как знали: один раз подарок не подаришь — жди телефонного звонка. А то и визита.
Так что дел на почте было много, а причин поскандалить ещё больше. Не дай бог, какая посылка задержится или письмо затеряется. А очереди на почте… просто душа радуется. Даже провоцировать не надо. Сами постоянно готовы начать ругань.
Но однажды, придя на почту, Зинаида Самуиловна обнаружила там такое... что ужаснулась. Очереди пропали!
Возле каждого окошка стояло по одному человеку а остальные нагло сидели на стульчиках и улыбались. Некоторые безнаказанно ходили по залу, а другие стояли, уткнувшись в свои телефоны.
- У вас переучет? - не теряя надежду спросила Зинаида у ближайшей сотрудницы.
- Нет! У нас теперь электронная очередь - радостно ответила молодая нахалка и показала на отвратительно чистую тумбочку с прикрепленным экраном, и вкратце рассказала, что это такое.
Сердце заслуженной Демоны ёкнуло, в глазах потемнело и женщина, присев на соседнюю лавку, зарыдала. Слёзы так и лились из карих глаз. А вокруг хлопотала, ничего не понимающая, сотрудница.
- Воды, воды... — раздавалось со всех сторон.
- Погибло, все погибло! - воскликнула Зинаида Самуиловна и снова зарыдала. И у посетителей почтового отделения №8, глядя на её рыдания, тоже заблестели глаза.
Такого успеха и внимания у женщины, отдавшей сорок лет театру, еще не было. Казалось, ещё чуть-чуть и заплачет бездушный автомат электронной очереди. Но он лишь пискнул и выдал билет с номерком.
- Не нужна мне твоя жалость, - отмахнулась от аппарата пришедшая в себя Зинаида и, поправив юбку, покинула помещение.
Иногда Шекспировский размах встречается в совсем не Шекспировских местах. Но масштаб трагедии от этого ни чуть не меньше.
А аппарат через месяц сломался.