Меня раздражают телепередачи, собирающие средства на помощь очередному больному ребенку, требующему дорогостоящего лечения, или его родителям. Ребенка, конечно, жаль. Родителям – сочувствую, но…
Почему это должны делать мы, я? Почему не наше богатое государство с неуклонно повышающейся продолжительностью жизни и на глазах растущими доходами населения?
Вы не замечали, что когда видите человека в инвалидной коляске, хочется быстрее отвести глаза или самому сделаться невидимым?
Посмотрим на факты без эмоций
Лечение ребенка, например, с ДЦП требует огромных затрат времени, духовных сил и денег. Прежде всего – от родителей, или чаще – от родителя. Потому что большинство семей, в дом которых постучалась беда, становятся неполными.
Первыми не выдерживают самые физически слабые (чтобы носить на себе ребенка от кровати до коляски и от двери квартиры до выхода из подъезда), с тонкой душевной организацией (трудно видеть чужие страдания и боль) и материально незащищенные (зарплата маленькая, на работе не ценят).
Правильно, это – мужики. Не берусь никого осуждать или морализировать только по той причине, что не знаю, как сам себя повел бы на их месте. Но без эмоций смотреть на это трудно.
Коня на скаку остановит, а избы горят и горят
Некоторым женщинам повезло. С мужиками. Как мне сообщили сотрудницы Благотворительного фонда «Святое дело», существуют два варианта сохранения полной семьи.
Первый, когда ребенок с ДЦП рождается в семье вторым по счету. Это – обязывает и привязывает. Второй вариант: когда женщина, оставшись с ребенком, находит в жизни надежную опору в новом муже. Тогда ребенок с ДЦП становится в семье первым, а всего детей двое или трое. Дети рождаются от любви, а не только от секса.
Намного хуже, когда семья остается неполной, а все заботы ложатся на хрупкие (при любом телосложении) женские плечи.
Плохо, когда человек один. Если упадёт: кто поднимет его?
Принципиальная разница между полными и неполными семьями, конечно, есть – вместе всегда легче. С точки зрения необходимых средств разницы практически нет.
Цель любой семьи с ребенком, страдающим ДЦП – социализировать его, дать элементарные навыки самообслуживания. Достижение этой цели связано с необходимостью мобилизации духовных и материальных ресурсов.
Духовные ресурсы напрягают не только родители, уделяющие время и силы восстановлению ребенка, но и сами дети. Как, например, мальчик Кирилл, до изнеможения, до пота строящий свое тело на тренажерах в Благотворительном фонде «Святое дело».
Тренажеры стоят приличных денег. Работа инструкторов и других специалистов – тоже. По-любому, даже очень большой зарплаты на это не хватит. И тогда на помощь приходят благотворители – люди, творящие благо.
Творить добро доступно всем
Эти люди особенные. Ими могут двигать разные мотивы. Дело не в состоянии кошелька, а в состоянии души.
Для сотрудников фонда дорог любой благотворитель. Внес он на счет фонда десятки тысяч рублей, или отправил СМС стоимостью в полтинник. Бросивший в копилку в магазине оставшуюся мелочь, или принесший в фонд, например, ноутбук. Живёт он в Пензе или во Владивостоке - не имеет значения.
«Пятничные посиделки» вели две женщины из Ремесленной палаты. Они учили детей (с помощью их мам и самостоятельно) делать обереги, рассказывая об обычаях наших пращуров. Благотворители. Потому что общение для детей и родителей – это тоже благо.
Благотворительность обогащает и дающего, и принимающего. Жаль только, что «дистанционные» благотворители не имеют возможности узнать, что Миша умеет писать стихи, Лёха – улыбаться, а Катя учит турецкий язык. По сериалам.
Хотите сделать жизнь пациентов фонда лучше? Для начала пройдите по этой ссылке - http://www.tvori-dobro.ru/about/contacts/