У ИСТОКОВ ТАНАНЫКА!

А-СЕРГЕЕВКА. А кто с на­гай­кой на­ле­тит, тот от ду­бья по­стра­да­ет.

За сер­ге­ев­ски­ми жи­те­ля­ми из­дав­на и проч­но за­кре­пи­лось про­зви­ще ду­бин­ни­ки, хо­тя ду­бин­ни­ка­ми, в том из­на­чаль­ном смыс­ле это­го сло­ва, столь же спра­вед­ли­во мож­но бы­ло на­звать и гра­чёв­цев, и гар­шин­цев, то есть жи­те­лей тех сел, чьи зем­ли гра­ни­чи­ли с ка­зачь­и­ми. Су­ще­ст­ву­ет пре­да­ние, объ­яс­няю­щее при­чи­ну, по ко­то­рой сер­ге­ев­ские кре­сть­я­не по­лу­чи­ли столь обид­ное оп­ре­де­ле­ние. Де­ло яко­бы в том, что ис­пы­ты­вав­шие не­хват­ку ле­со­на­са­ж­де­ний на сво­их тер­ри­то­ри­ях, они час­то на­ве­ды­ва­лись в так на­зы­вае­мые ка­за­чьи пре­де­лы, что­бы за­го­то­вить че­рен­ки, ог­лоб­ли, ба­ст­ры­ки, а то и про­сто та­лы для плет­ней или хво­рост для топ­ки пе­чей. А на­чи­на­лись ка­за­чьи пре­де­лы ря­дом, бу­к­валь­но в не­сколь­ких сот­нях мет­ров от Сер­ге­ев­ки. Вы­лаз­ки ту­да не все­гда за­кан­чи­ва­лись удач­но. Об­на­ру­жив по­ся­га­тель­ст­во на свои закон­ные уго­дья, ка­за­чьи до­зо­ры на­ле­та­ли на кре­сть­ян с на­гай­ка­ми, а то и с саб­ля­ми, ко­то­рые, впро­чем, ес­ли и пус­ка­ли в ход, то не ре­жу­щей ча­стью, а плаш­мя или ту­пой сто­ро­ной - тыль­ем. Кре­сть­я­нам же ни­че­го не ос­та­ва­лось де­лать, как пус­кать в ход ду­би­ны, ко­то­рым пред­стоя­ло стать че­рен­ка­ми или ог­лоб­ля­ми. Вер­сия эта спра­вед­ли­ва, но из­ла­га­ет­ся она слиш­ком уп­ро­щен­но, тем бо­лее, что сво­их ле­сов и ле­соч­ков на сер­ге­ев­ских зем­лях на­счи­ты­ва­лось боль­ше дю­жи­ны. На са­мом де­ле все на­мно­го слож­нее. Со вре­ме­нем Сер­ге­ев­ка за­се­ли­лась до­воль­но плот­но, и чис­ло ре­виз­ских душ дос­тиг­ло та­ко­го ко­ли­че­ст­ва, что кре­сть­я­не ста­ли ис­пы­ты­вать ост­рую не­хват­ку сель­хо­зу­го­дий, в том чис­ле и па­хот­ной зем­ли. По­это­му не­ко­то­рые арен­до­ва­ли ее у баш­кир, в мес­теч­ках под на­зва­ни­ем Рос­то­ши, Фи­та­ли, Скри­па­ли, Кум­ра­си, где бу­к­валь­но за ме­шок ов­са мож­но бы­ло арен­до­вать уча­ст­ки на це­лое ле­то. Од­на­ко мес­та эти бы­ли слиш­ком (на 20-30 км) уда­ле­ны от Сер­ге­ев­ки, по­это­му воз­ни­кал со­блазн об­ра­ба­ты­вать зем­лю ря­дом. У ка­за­ков её бы­ло, что на­зы­ва­ет­ся, не ме­ря­но, и она да­ле­ко не вся об­ра­ба­ты­ва­лась. Бо­лее то­го, мно­го зем­ли бы­ло обез­ли­че­но. Этим и поль­зо­ва­лись сер­ге­ев­ские кре­сть­я­не. Сго­во­рив­шись с ка­за­ка­ми, за­стол­бив­ши­ми се­бе зем­ли в яв­ном из­лиш­ке, они воз­де­лы­ва­ли её для се­бя за не­боль­шую мзду, а ино­гда и про­сто за хо­ро­ший ма­га­рыч. Ес­ли ка­за­чьи до­зо­ры за­ста­ва­ли их во вре­мя ра­бо­ты, сер­ге­ев­цы объ­яс­ня­ли свое при­сут­ст­вие здесь про­сто: мол, бат­ра­чим у та­ко­го-то ка­за­ка. По­это­му, по­ка пше­ни­ца или рожь стоя­ли на кор­ню, не бы­ло про­блем да­же во вре­мя убор­ки. На­чи­на­лись они то­гда, ко­гда пред­стоя­ло сжа­тый уро­жай свез­ти на свои гум­на и ови­ны. Тут уж не объ­яс­нишь бат­ра­че­ст­вом: лю­бой ка­за­чий до­зор пой­мет, что это ли­бо об­ман, ли­бо во­ров­ст­во. Вот то­гда-то и на­чи­на­лись "ду­бин­ные" бои, жес­то­кие, но со смыс­лом. Слиш­ком вы­со­ка бы­ла сте­пень рис­ка для сер­ге­ев­ских кре­сть­ян: по­те­рять ре­зуль­тат все­го лет­не­го тру­да - оз­на­ча­ло об­речь се­мью на го­лод­ную зи­му. Что­бы из­бе­жать кро­ва­вых сты­чек, кре­сть­я­не не­ред­ко вы­во­зи­ли сно­пы но­чью. Стыч­ки с ка­зачь­и­ми до­зо­ра­ми не влия­ли, од­на­ко, на доб­ро­со­сед­ские от­но­ше­ния, вза­им­ную тор­гов­лю и про­сто об­ще­ние. Не­ред­ко ме­ж­ду ка­за­ка­ми и кре­сть­я­на­ми ус­та­нав­ли­ва­лись проч­ные свя­зи. Пом­нят в Сер­ге­ев­ке курь­ез­ный слу­чай, про­изо­шед­ший не­по­да­ле­ку от гра­чёв­ских уго­дий. Од­на­ж­ды три жен­щи­ны, до­воль­но по­жи­лых, прие­ха­ли в Ра­ко­ба­ев лес, счи­тав­ший­ся ка­зачь­ей вот­чи­ной, за ве­ни­ка­ми да тёр­ном, ко­то­ро­го здесь бы­ло в изо­би­лии. И все скла­ды­ва­лось у них хо­ро­шо: и яго­ды на­бра­ли, и ве­ни­ков за­го­то­ви­ли, как вдруг на­ле­тел на них ка­за­чий па­ре­нек лет пят­на­дца­ти и стал дерз­ко гнать их из ле­са. Мол, я ка­зак и лес мой, ка­за­чий, а вы сю­да не суй­тесь! И на­го­во­рил им ку­чу гру­бо­стей. Ба­бы та­кой оби­ды не стер­пе­ли. Ста­щи­ли его с ло­ша­ди, спус­ти­ли с не­го ша­ро­ва­ры с лам­па­са­ми, хо­ро­шо от­хле­ста­ли кра­пи­вой, чтоб си­деть в сед­ле бы­ло не­уют­но, и со сло­ва­ми: "Ты - не ка­зак! Твой дед ка­зак, отец - сын ка­за­чий, а ты - хрен со­ба­чий!" - от­пус­ти­ли. А са­ми, со­брав ку­зов­ки с яго­дой и охап­ки на­ре­зан­ной чи­ли­ги, с дос­то­ин­ст­вом уда­лись во­своя­си.