Про повышение возраста выхода на пенсию за последние недели сказано очень много. Вот только власти не дают ответа на один из главных вопросов: действительно ли в стране настолько плохо с деньгами?
Я не отношусь к числу трибунов, которые с ходу отметают любые аргументы властей – особенно если они сами раньше критиковали социальные обязательства «советского образца», а теперь вдруг решили «встать на сторону народа». Простая человеческая логика подсказывает: если некоторые граждане (женщины, силовики) работают около 25 лет, а живут, не трудясь, гораздо дольше – экономика страны в конце концов схлопнется. Попробуем элементарно посчитать: лет до 25 большинство граждан находятся на иждивении отчасти у родителей, отчасти у государства (пользуются бесплатным образованием, детскими и молодёжными льготами). Дальше работают лет по 30 или даже по 20 (женщины, слава Богу, могут не раз находиться в декрете, силовики выходят на пенсию в 40-45 лет). А живут теперь люди долго – тоже слава Богу. И второй период пребывания на иждивении – теперь только у государства, если дети не помогают – может составлять лет 30-40 и даже больше. В итоге трудовой стаж гражданина оказывается в два или три раза короче, чем период «не-работы». Никуда от этой арифметики не денешься.
Однако совершенно правы те, кто сегодня напоминает: многие люди старше шестидесяти могут остаться и без пенсии, и без работы. Среди прихожан храма, где я служу, почти уже нет мужчин, занимающих штатную должность. Основная масса либо ведёт собственное дело – и испытывает на себе последствия кризиса платёжеспособности клиентов, – либо перебивается случайными заработками. Есть и такие, кто давно «лёг на диван». С трудоустройством женщин ситуация лучше, но ненамного. Найти квалифицированную работу после 45 лет крайне непросто, а места для неквалифицированной давно заняты мигрантами – нетребовательными, бесправными и безгласными.
Именно с увольнениями и с боязнью потерять работу я связываю явление, о котором недавно сказал даже сверхосторожный митрополит Иларион: «Общее наблюдение, которым делятся священнослужители, заключается в том, что покупательная способность людей снизилась. Это отражается в том числе на том, как люди приобретают свечи, иконы, заказывают молебны, подают записки. То есть доходы храмов в результате падения доходов населения тоже падают». Добавлю, что в некоторых храмах – по крайней мере у нас на Большой Никитской – количество прихожан, крещений, венчаний постепенно растёт, а размеры пожертвований сокращаются.
У простых людей денег становится меньше – но вот о наиболее состоятельном классе этого не скажешь. Хорошо известно, что даже государственные выплаты чиновникам высокого ранга далеко не укладываются в их номинальную зарплату. В заявлении о пенсионных преобразованиях, принятых Советом православной патриотической общественности, мы напомнили ещё об одной нескрываемой проблеме: «Сегодня неравенство выражается и в том, что, в отличие от обычных пенсионеров, члены разных «команд» до глубокой старости занимают руководящие должности, ставшие для них «запасными аэродромами».
Что говорить о лицах, в чьих руках – богатства, данные Богом всему народу? Убеждён: все доходы от продажи природных ресурсов должны идти в бюджет – за исключением обоснованных и публично обсуждённых средств на развитие добычи, транспортировки и переработки полезных ископаемых. Почему нужно наполнять всенародную кассу за счёт небогатых людей, не затрагивая тех, кто эксплуатирует в личных целях принадлежащее всем нам богатство?
Следует ввести и «драконовский» налог на сверхприбыли и предметы роскоши. Об этом говорится давно, но воз и ныне там. Неужели власти боятся «бунта» олигархов и частных армий сильнее, чем утраты доверия большинства граждан?
Прямой диалог с народом по пенсионному вопросу сегодня необходим как никогда. И было бы честно и этически правильно, чтобы этот диалог, не прячась за спиной Президента или за рядами депутатов парламента, вели разработчики реформы – например, Владимир Назаров и профильные чиновники ведомств экономического блока. Убедят в правильности своих расчётов и прогнозов – хорошо. Не убедят – значит, неправы. Не случайно в упомянутом заявлении мы сказали: «Всё, что делается и решается втайне от народа, – порочно по определению».
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора.
Об авторе: Священник Русской Православной Церкви, протоиерей; c 31 марта 2009 года по 24 декабря 2015 года Председатель Синодального отдела по взаимодействию Церкви и общества Московского Патриархата, член Общественной палаты Российской Федерации с 24 сентября
Кейсы по теме:
Как оформить страховую пенсию по старости
Как оформить накопительную часть пенсии через государственный Пенсионный фонд
Как перевести получение пенсии при смене места жительства в пределах РФ
Helpcase - Рациональное решение любой жизненной ситуации.
Подписывайтесь, ставьте лайк и делитесь с друзьями!